В сердце улицы Мира зазвучала старая французская мелодия, а Катерина переживает волнения за своего Марка Василевского, который забрал учебники из ее рук. Здесь все наполнено теплой дружеской атмосферой и незабываемыми моментами школьной жизни.
Но Амелия предварительно завернула книгу в бумажную черную обложку, тем самым, еще больше подогрев мое любопытство. Странная она, конечно. Почувствовав мой взгляд, Амелия подняла голову и снова сердито посмотрела на меня. Тогда я тут же отвернулась и понеслась к выходу."
"Выбежав на крыльцо, обнаружила Никиту Ярового. Тот сидел на перилах и играл в какую-то игрушку на телефоне. Легкий ветер трепал его русые взлохмаченные волосы, а вид у одноклассника был таким серьезным и сосредоточенным, будто он, по меньшей мере, участвовал в мировых соревнованиях.
Я еще некоторое время сосредоточенно разглядывая профиль парня, думая, как дальше поступить. Уйти домой или попытать счастье и пригласить в лагерь Ярового? Конечно, это пустая трата времени, он ни за что не согласится поехать, а я только снова унижусь перед ним.
И все-таки я сделала пару шагов вперед и остановилась рядом с парнем. Ни один мускул не дрогнул на лице Никиты. Яровой продолжил быстро водить большими пальцами по сенсорному экрану. Я театрально откашлялась.
– Азарова, у тебя какое-то дело ко мне? – спросил наконец Никита.
– Ну, да…
– Я занят.
Если он решил, что я уйду, поджав хвост, то не на ту напал. Я подошла к высоким перилам и попыталась усесться рядом с парнем.
– Спасибо, – смутилась я.
Из кармана Никиты заиграла какая-то трагичная устрашающая мелодия.
– Если что, я из-за тебя последний уровень слил, – сказал парень, продолжая удерживать меня. – И если это твое дело того не стоит…
Глава третья
Глава третья
– Поздравляю с первым местом по физике! – торжественно сказала я.
Решила начать издалека. Никита удивленно на меня уставился. Я даже забыла, когда в последний раз смотрела в его серые, как туманное утро, глаза.
– Спасибо, конечно, но олимпиада была еще в феврале, – ответил Яровой.
– Лучше поздно, чем никогда, – пробормотала я. – Может, ты меня отпустишь? Я больше не падаю.
Со стороны вообще могло показаться, что мы сидим с Никитой в обнимку.
