В сердце улицы Мира зазвучала старая французская мелодия, а Катерина переживает волнения за своего Марка Василевского, который забрал учебники из ее рук. Здесь все наполнено теплой дружеской атмосферой и незабываемыми моментами школьной жизни.
Я понимала, что Марк подошел не просто так, и эта мысль доставила мне удовольствие. Снова стало светло, хотя и немного неуютно. Будто я долгое время провела в темном помещении и наконец вышла на солнечный свет.
Если честно, никто из парней до этого ко мне не подкатывал, поэтому я, стоя перед Марком, ощущала себя очень глупо. Еще и Ирка постоянно меня дергала. Я чувствовала, как мои ноги наливаются тяжестью. А еще испугалась, что Третьякова прошептала свои наставления слишком громко, и сердце мое стучит так отчаянно, что всё это услышит не только Василевский, но и весь класс.
Мало того, Марк вдруг взял меня за руку, и мы вдвоем направились к выходу. Василевский что-то говорил про лагерь, про сборы, про итоговую контрольную по химии, но я только кивала и неотрывно пялилась в его голубые глаза. Напоследок Василевский обнял меня. Тогда я совсем растерялась. В это время мимо нас пробегала Диана Руднева. Девчонка крикнула звонким голосом:
– Лидия Андреевна к нам на перемене заходила, сказала, тебя за список поблагодарить.
Я только кивнула.
– До встречи, Вера, – улыбнулся Марк.
– До встречи, – пролепетала я.
А потом ко мне подлетела рассерженная Ирка, как обычно, с кучей громких претензий:
– Ты что, с Рудневой разговариваешь? С этой предательницей? А почему Василевского в ответ не обняла? Ой, Вера! Какая ж ты все-таки… Нет, он точно на тебя запал!
– С чего это вдруг? – спросила я.
– Уж больно часто вертеться вокруг тебя стал. А ты амеба амебой! Слушай, следующий шаг обязательно должен быть за тобой. Не теряйся!
– Какой шаг? – не поняла я. – И ты не могла бы не кричать об этом на всю гимназию?
Ирка с пониманием закивала, но говорить стала ничуть не тише:
– Ну, если он не увидит твоей заинтересованности, то сольется. Поверь мне! Данька говорил, что парням нечего ловить, когда нет ответной реакции.
– Пофлиртовала? А как? – спросила я. Ирка, взяв меня под руку, повела к гардеробу.
– Ну ты что, не флиртовала никогда? – удивилась Третьякова.
– Нет, – честно ответила я. – С кем? И тебе ли этого не знать.
Ирка только растерянно захлопала глазами.
– Действительно.
