Автор
Кейн и Бруни давно полюбили друг друга, но они принадлежат к разным слоям общества. Да и отец девушки, богатый и властный Оуэн Мерсер, ни за что не позволил бы дочери связать свою жизнь с простым сыном горничной. Но все изменилось. Теперь судьба семьи Мерсер в руках Кейна. Он выдвинул лишь одно требование: Бруни должна стать его женой....
"Мелани Милберн
На условиях любви
ГЛАВА ПЕРВАЯ
– Прошу тебя, не входи туда, Бруни, – попросила Гленис Мерсер, заметно нервничая. – У твоего отца важный... ммм... посетитель.
Бруни отпустила дверную ручку и с любопытством взглянула на мать.
– Кто же это?
– Не уверена, что твоему отцу понравится, если я расскажу тебе, – Гленис Мерсер скрестила руки на груди. – Ты же знаешь, какой он.
Бруни знала.
Девушка подошла ближе к матери. Стук ее каблучков эхом прозвучал в холле, снова напомнив Бруни о том, насколько опустел их дом с тех пор, как умер брат.
Со дня смерти Остина прошло уже десять лет, но дом, кажется, до сих пор скорбел о нем, как и вся семья Мерсер. Каждое окно, каждая комната, каждый уголок хранили память о молодом человеке, жизнь которого оборвалась так неожиданно.
– Что происходит, мама? – спросила Бруни. Гленис не смогла вынести проницательного взгляда дочери и отвернулась.
– Мама? – настаивала девушка.
– Пожалуйста, Бруни, не создавай лишних проблем. Мои нервы этого не выдержат.
Девушка вздохнула. Что-что, а о нервах матери она знала все.
Неожиданно дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился отец Бруни.
– Дочка... мне показалось, я слышал твой голос, – пробормотал старик, нервно промокая лоб платком. Он выглядел напуганно и растерянно. Так, будто увидел привидение.
– Что-то случилось? – забеспокоилась Бруни. Но тут на пороге прямо позади отца она увидела высокого темноволосого мужчину...
Холодный пот прокатился по спине девушки, когда она узнала в нем Кейна Капруласа, заклятого врага своего погибшего брата.
Бруни молча уставилась на него, не в силах произнести ни слова. Тело ее словно окаменело, а сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Бруни показалось, что Кейн стал, выше. Но ведь за десять лет многое могло измениться, заключила девушка.
Его карие глаза казались темнее, чем раньше, только теперь в них читалась уверенность и твердость. На верхней губе до сих пор остался рваный шрам от удара, который она когда-то нанесла ему.
– Здравствуй, Бруни, – проговорил Кейн. Его мягкий чарующий баритон вернул девушку в настоящее.
Она прокашлялась, мысленно моля Бога о том, чтобы ее голос не сорвался и не выдал волнения.
– Привет... Кейн.
Оуэн Мерсер положил платок в карман и посмотрел в лицо дочери.
– Кейн пришел кое-что обсудить с тобой, – сообщил он. – Мы с твоей матерью будем в зеленой гостиной, если понадобимся.
Бруни нахмурилась.
