Автор
В офисе наступило зловещее молчание, когда Ирина Вадимовна вновь начала свой сабантуй, и ни один из сотрудников не мог выдавить из себя ни малейшего комментария. Шеф едва сдерживал ревнивый тон в голосе, пока не осознал, что продолжать игнорировать старшую коллегу может стоить ему работы. В это время Ирина Вадимовна набирала номер телефона ночью, и атмосфера в кабинете начала напрягаться еще больше....
Виталя сразу же мне перезвонил, я чуть от смеха не помер. Но потом и он чуть не помер, когда я ему сообщил, что мы с тобой встречаемся и ты таким образом решила меня на место поставить.
— Нашли, над чем смеяться! Что здесь такого? Ты ведь не разозлился?
— На то, что ты попыталась перепрыгнуть через мою голову? Нет, конечно! — прозвучало как-то фальшиво, но он снова изменил русло темы: — Кстати, уже думала, как Новый год будешь отмечать? Есть пожелания? В элитных местах надо резервировать задолго. Или рванем куда-нибудь заграницу?
Запутывать он умеет, но и я не лыком шита, вовремя вспомнила о своей стратегии:
— О, Кир, а разве я не говорила, что на праздники уезжаю к маме? Мы и так весь год не видимся, пусть останется хоть одна нерушимая традиция.
Он демонстративно протяжно вздохнул:
— Ну, мама — это, конечно, не Майами, но Майами никуда не денутся. Попробую себе в другой раз отпуск выкроить, я ж у нас директор.
Поскольку он надолго замолчал, так и не закончив фразу, я переспросила:
— Что?
— Что-что, жду ответного реверанса, раз уж у меня так удачно высвободилась новогодняя неделя.
Ха! Он, кажется, намекает, что не прочь составить мне компанию? Вообще-то, я на это надеялась, но до конца не верила — что ему в глуши делать? Разве что действительно не хочет оставаться без меня. И это приятно — почти как признание! Но проблема многих проигравших в том, что они начинают праздновать победу раньше времени.
— Кир, я не буду приглашать тебя с собой. Не представляю тебя вообще в той обстановке.
— А ты рискни и попробуй спросить моего мнения, — его голос тоже стал суше.
Но я была непреклонна:
— Прости, но… это слишком рано. Мы же с тобой взрослые люди, все прекрасно понимаем."
"— Что конкретно мы понимаем? У тебя не получится внушить мне комплексы, Маш, меня не стыдно представить родне. Ты сейчас сильно удивишься, но если меня помыть, причесать и обучить паре-тройке расхожих фраз, то я издали буду очень похож на приличного человека.
— Да нет, дело совсем не в этом! Просто мама в жизни одна…
— А меня в жизни много? — он все-таки начал злиться, раз в голосе появился морозец. — Не каждым встречным будешь маму беспокоить? И ведь уже не первый намек, Маш. Меня с ресторана коробит.
