Автор
В офисе наступило зловещее молчание, когда Ирина Вадимовна вновь начала свой сабантуй, и ни один из сотрудников не мог выдавить из себя ни малейшего комментария. Шеф едва сдерживал ревнивый тон в голосе, пока не осознал, что продолжать игнорировать старшую коллегу может стоить ему работы. В это время Ирина Вадимовна набирала номер телефона ночью, и атмосфера в кабинете начала напрягаться еще больше....
— Я все равно это не повторю, Кир.
— Написать на листке?
— А ты мне дашь возможность читать в самый ответственный момент?
— Самый ответственный момент… — он показательно просмаковал эту фразу. И его настроение начало меняться — это замечалось в изменении и взгляда, и голоса. — Все, Маш, переходи на Мастера, мы начинаем.
Я поняла, что сейчас поцелует, но из последних сил сопротивлялась:
— А как же стоп-слово?
— Просто скажешь «стоп», — он произнес это уже в миллиметре от моих губ. — Если будет чем говорить.
Больше я возразить не смогла, принимая настойчивый язык.
На этот раз Кирилл был настроен решительно. Он не позволял уворачиваться, вжимая меня в дверной косяк, и слишком уж сильно напирал. Нагло задрал свитер, скользнул ладонью по голой коже и сжал грудь. Притом поцелуй стал уж слишком яростным — язык скользил без малейшего стеснения, выныривал и снова входил.
Потому и вцепилась ему в плечи, отталкивая:
— Подожди… подожди, Кир, — я дышала теперь рвано, впрочем, как и он.
И вдруг он изменился в лице. Обе руки вмиг переместились мне на талию и сильно встряхнули. Смена настроения была настолько неожиданной, что повергла меня в шок. Он наклонился уже с пугающе равнодушными глазами и произнес чистым голосом, будто чеканил:
— Во-первых, Мастер.
— Да я сейчас… не об этом…
Он перебил сухо:
— Я об этом. Не забывайся, Маш.
