Автор
В офисе наступило зловещее молчание, когда Ирина Вадимовна вновь начала свой сабантуй, и ни один из сотрудников не мог выдавить из себя ни малейшего комментария. Шеф едва сдерживал ревнивый тон в голосе, пока не осознал, что продолжать игнорировать старшую коллегу может стоить ему работы. В это время Ирина Вадимовна набирала номер телефона ночью, и атмосфера в кабинете начала напрягаться еще больше....
Во-вторых, может, мне твоим мнением интересоваться, как именно я должен себя вести?
От ледяного тона я быстро остывала, даже немыслимое возбуждение отходило на второй план.
— Мастер, — я не собиралась конфликтовать из-за обращения. — Вы действительно хотите, чтобы наш первый раз прошел именно так?"
"— Твой первый раз уже был, если мне память не изменяет. А кто тебе сказал, что я собираюсь сейчас тебя трахать? Здесь? Серьезно?
Никто не говорил. Но эти взвинченные поцелуи, эти откровенные ласки уже горящей груди ведь нуждаются в завершении… Я смутилась, отвела взгляд.
— Тогда я вообще не понимаю, чего вы хотите…
Он ухватил меня за подбородок и повернул лицо к себе. Сказал уже мягче:
— А тебе и не надо ничего понимать. Я буду понимать за нас обоих. В этом и есть смысл. Но я услышал, что ты была готова прямо сейчас, — улыбка оказалась совсем уж неожиданной. — Твоя чувствительность — просто подарок. Как и твоя неопытность. План такой: переезжай ко мне. Дело пойдет куда быстрее, если ты перестанешь от меня прятаться.
— Переехать?.. К такому я уж точно не готова, — выдохнула, не найдя в себе силы возмущаться.
— На следующей неделе?
Кирилл снова выглядел легкомысленным шутником с ироничным взглядом, даже руки его стали нежнее. Мой протест заглушил рев гудка с улица.
— А вот и эвакуатор, конец сессии. Я займусь, — сказал и тут же выпустил меня, направляясь к двери.
Отдышалась и побежала следом. Зачем так сигналить вообще? Они все сговорились сегодня?
Я даже не удивилась, что услышала себе в спину:
— Маша, а почему это у нас сегодня так шумно?
— Извините, Эвелина Сергеевна, — пробубнила и побежала помогать открывать ворота, лишь бы не продолжать с ней диалог.
Пока рабочие грузили мою почившую развалюшку, мы с Кириллом наблюдали за этим в стороне.
— Хозяйка так сильно реагирует на шум? — поинтересовался он буднично.
— Ну да.
Я глянула на него и оцепенела. Кир медленно повернул голову, а в карих глазах я отчетливо рассмотрела кристаллизирующийся азарт.
— О чем это ты думаешь?
Он даже говорил нарочито медленно:
— Я… обычно я избегаю совсем уж грубых манипуляций… но.
— Что еще на «но»?!
— Но и мысли остановить не могу. То есть если я прямо сегодня позову сюда пару друзей, то вопрос с переездом сам собой и уладится?
— Не надо, — я подалась вперед, заглядывая снизу в глаза.
