Автор
Психологический триллер о подростке с иркутским псевдонимом Сиг, который начинает писать дневник о своих переживаниях и внутренних конфликтах, открывая дверь для интуитивной реальности. Атмосфера книге — это то же самое смутное чувство тревоги и неясности, что будто ты один на один со своей собственной душой....
Похоже, «Начало пути» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сажусь в угол, подтягивая к себе пару мешков с мукой, которых тут до фига, и, сложив руки на груди, угрюмо смотрю на полоску света под дверью. Окон нет. Других ходов нет. Все, что могу, — сидеть и смотреть на дверь… Что ж делать-то?
23:14
У меня гениальная идея.
Надо соблазнить тролля. А то маг что-то запаздывает. Наверняка рушит город, выясняя, где я есть. Н-да.
Я даже замечталась на секундочку, плюхнувшись обратно на мешки с мукой и стягивая сапог с застрявшими камушками.
Вот он врывается внутрь — злой, страшный, встрепанный и с пульсаром в каждой руке…
— Где она?!
Маг сурово огляделся.
— Ты опоздал! — Хозяйка, истерично хохоча, спускается со второго этажа, улыбаясь, как змея.
Н-да, а как это она улыбается, хохоча? Ладно, будем считать, что тетю на почве эмоций слегка перекосило… пожизненно так.
— Ты хоть понимаешь, на кого пошла? — Голос мага похож на сталь, холод заставляет женщину остановиться и пошатнуться от ужаса… и упасть. Ибо сердце разорвалось, не выдержав того кошмара, что полыхал в глазах некроманта…
Но она тут же встала, так как некромант простер над ней свои руки и произнес жуткую формулу воскрешения.
— Отвечай хозяину, женщина.
— Да, господин, — улыбаясь и склоняясь в низком поклоне.
— Где та, о которой я думал всю свою жизнь…
Так. Как он мог думать всю свою жизнь, если я недавно… С другой стороны, он и воскрес недавно, так что сойдет.
— …Всю свою новую жизнь…
— Здесь.
И женщина указала на дверь подвала.
— Сиггун!
А слезы все катились и катились… миллионы слезинок. Водопады просто. Ибо хотела она выплакать все то, что творили с ней здесь.
И возрыдал маг! И упал на колени! И бережно поднял… ее."
"Ой, аж мурашки по коже. Как представлю мага на коленях, прижимающего меня к груди и рыдающего от горя, становится так приятно.
Он прошептал, что больше никогда не оставит ее, что воскресит, дождется полнолуния — и сделает ее снова живой! И она улыбнулась, поднесла к его губам дрожащие пальчики…
Хмуро изучаю черные грязные пальцы, которыми недавно проехалась по луже, пытаясь начистить морду одному троллю… н-да. Вытираю их о мешок картошки. Ладно.
Там было темно… И маг не понял, что она поднесла к его губам, но поцеловал, не глядя.
