Автор
Встреча в самолете с неожиданным и необычным собеседником становится поворотной точкой в жизни главного героя. Он решает отбросить все предубеждения и открывается перед человеком, которого считал просто братом по оружию. Внутренние сомнения и страх смешиваются с неожиданными эмоциями при взгляде на мир через новое окно — окно жизни....
А если нет?
Клим медленно моргает. А когда открывает глаза, я такое в них вижу…
– Ч-что?
– Я вспомнил, что не сказал тебе главного.
– Это чего же?
– Нам не придется ждать столько.
– Серьезно?
– Угу. Мне вроде дали УДО.
– Вроде? – сощуривается, очнувшись, стерва. Нежная девочка во мне лежит в обмороке и ни на что не реагирует.
– Типа того, – лыбится. – Но подождать все равно придется. Да и потом я еще четыре года буду привязан к месту прописки. Ясь… Ты меня слышишь?
– Конечно. Как думаешь, если я тебя сейчас задушу, мне дадут большой срок? Или, если списать все на аффект, можно будет отделаться условкой?
Дым, конечно, очень-очень старается состроить серьезную мину, однако широкая до ушей улыбка сводит на нет все его старания.
– Уверен, стоит попробовать. А если серьезно, я и сам до последнего не знал.
– Как не знал?! – взвизгиваю. – Эта движуха началась уж точно не с бухты барахты!
– Не хотел тебя обнадеживать, если бы вдруг что-то пошло не по плану.
– Скорее я поверю в то, что это такая тупая проверка.
– Ну-у-у… Может, и так.
– Я бы тебя побила, если бы ты и так не был побит, – шиплю.
– Не злись, – Клим обхватывает мою шею и прижимается лбом ко лбу. – Ты просто не представляешь, что это значит для такого, как я.
– Не смог отказать себе в удовольствии? – фыркаю.
– Не-а. Да и правда не был уверен, что все получится.
– Но оно получилось.
– Вроде бы. Так что? Будешь ждать?
– Куда тебя денешь?
– Теперь никуда. Ты мне Дымка родить обещала.
– Дымка? – отстраняюсь, улыбаясь во весь рот. Мне кажется, мой организм не выдержит таких перепадов. Лед, вода-слезы, а теперь меня, вон, будто теплым паром окатывает. И так хорошо-хорошо… Дымка… Надо же. Даже стерва молчит и никак не комментирует этих щемящих чувств.
– Ну, все, Дым! На выход."
"Клим встает. Касается моих губ. Мне столько всего хочется ему сказать! С действительностью примиряет лишь то, что когда он освободится, у нас будет куча свободного времени на разговоры.
Бегу, прихрамывая, за ним следом. И стою, обняв себя в коридоре, пока их с конвоиром фигуры не скрываются за поворотом.
– Это ж надо! Каких-то зэков с нормальными людями в одной больнице лечуть! – бубнит, проходя мимо, бабулька. Стерва во мне в мгновение ока выдает три тысячи вариантов, как ее осадить.
