В жаркий июльский день 1936 года над Испанией нависает безоблачное небо. Мятежники обещают землю крестьянам, но при этом готовы убивать для этого. Главный герой выбирает верность присяге и погибает в борьбе за Республику.
И буби, даже если им в голову придет мысль устроить восстание против метрополии, уже не рискнут этого сделать. Подобную штуку, как он знал, проделал и генерал Франко в Рио-де-Оро, с местными воинственными берберами,разделив их на «своих» и «чужих», с вытекающими отсюда последствиями.
«Разделяй и властвуй» — недаром древние римляне любили это чеканное изречение — «divideet impera»!
Эль-Ферроль
— Хорошо, что французы капитальный ремонт провели, а то бы совсем плохо было. Дальнейшая модернизация этим саркофагам не нужна — их время истекло, и не стоит вбухивать миллионы на материально и морально дряхлые корабли.
Асарола усмехнулся, посмотрел на свой флаг, поднятый на мачте «Эспаньи». Линкор вступил в строй в несколько измененном виде — французы, как пишется, выполнили «пожелания заказчика». Противоминная артиллерия из 22-х 138 мм пушек была снята, вместе с броней казематов.
Зенитную артиллерию с ПУАЗО установили уже испанскую — утыкали старый корабль 88 мм «ахт-ахт», спаренными «бофорсами» и «эрликонами». По количеству стволов «старики» немного уступали достраиваемым новым американским линкорам, и превосходили английские.
И это все — скорость хода едва 18 узлов, а потому скорее самоходные плавучие батареи, предназначенные для действий в узости Гибралтарского пролива, да среди россыпи Балеарских островов. Выводить линкоры в океан Асарола не собирался, памятуя про их несчастливую судьбу, сродни испанских дредноутов. «Франция», как первая «Эспанья» имели одинаковую судьбу — напоролась на камни у собственного побережья, в то время как «испанец» погиб во время «умиротворения» марокканцев.
Два оставшихся линкора, входивших в учебный отряд с превеликой радостью «сбагрили» своим южным соседям за Пиренеями, сэкономив тем самым приличные суммы «марокканских выплат».
