Автор
Кирилл ушел, но душевный удар оказался слишком плачевным. Теперь в его лоно вернулась жена, и он больше не хочет ни взгляда, ни прикосновения к этой интрижке. Теперь я свободна, но еще больше расстроена — отношения закончились, а душа до сих пор тянет к нему.
По сути, это было единственной причиной, по которой чаша весов склонилась в сторону этого решения. Я понимала, что если Кир и Костя встретятся в другой обстановке, не на детской площадке, то драке точно быть. А я не хотела, чтобы они дрались! И думала, что такой фон их остановит, а потом уж страсти схлынут и…
Я ошиблась. Причём очень сильно.
Не знаю, сколько раз за эту минуту — дрались они не дольше — я успела до смерти перепугаться. Если бы не Катя, из-за которой я была вынуждена сдерживать эмоции, я бы уже, наверное, орала на этих придурков в полный голос.
Когда Костя повалил Кира и, перехватив его шею сгибом локтя, начал будто бы душить, я в шоке замолчала. А вот Катя, которую я держала на руках, вопила изо всех сил, и какая-то мамочка с детской площадки, стоящая за моей спиной, — тоже.
Кир окончательно рухнул на землю, а Костя, наоборот, выпрямился. Слегка пошатывающийся, с разбитым в кровь носом, выглядел он ужасно, и я в который раз за последнюю минуту пожалела о своём глупом поступке.
Краем уха я услышала, как кто-то воскликнул: «Он его, что, убил?!» — и перевела испуганный взгляд на бывшего мужа.
— Да в порядке он, — качнул головой Костя и, чуть наклонившись, сплюнул кровь. Видимо заметив мой полный паники взгляд, пояснил, чуть гнусавя: — Из разбитого носа кровь в горло пошла, ничего страшного. А Кир сейчас в себя придёт, всё с ним нормально.
— Нормально? — взвизгнула женщина за моей спиной. Катя как раз перестала всхлипывать, просто повиснув на мне и уткнувшись в мою шею, поэтому этот крик показался мне особенно громким. — Да ты его задушил!
— Нет. Вон, смотрите.
И действительно — Кир как раз зашевелился. Закряхтел, как старик, закашлялся, пытаясь подняться на ноги, и я почувствовала облегчение.
Живой! Это хорошо.
Но какой же он всё-таки придурок!
— Кирилл, — позвала я бывшего мужа, — ты слышишь меня? Ты как себя чувствуешь?
Он медленно поднимался с земли — сначала встал на колени, потом, сделав упор на одну ногу и касаясь ладонью земли, оттолкнулся и всё-таки поднялся.
Чтобы окинуть нас с Костей взглядом, полным лютой ненависти.
— И давно это у вас? — просипел он настолько хриплым голосом, словно у него была жестокая простуда. — А я-то наивный, надеялся, что верну тебя, Вера! А ты… с моим лучшим другом!..
Стыдно мне не стало. Неловко тоже.
