Автор
Жизнь обычного человека кардинально меняется после внезапной женитьбы его возлюбленной. Он надеждой полна и уверена в своем выборе, но неожиданно все рушится из-за обмана и измены. После смерти жены — ошеломленный бредом и разочарованием, он продолжает бороться за свою жизнь, скрепляясь надеждой на лучшее....
Может быть, он там? Может, мы там трахались?
— Ладно, — протигвает Игорь. — Может, я не заметил, как он выходил.
Услышал удаляющиеся шаги и стук двери. Вышел, зашел в соседнюю комнату и присел на кровать. На повестке дня, вернее ночи, разговор с Леной.
Намерен не просто предложить ей помощь, а настоять на отъезде. Снять квартиру, помочь материально и с разводом. Я же вижу, как он над ней издевается. Вижу, что ей плохо.
Я раздумываю над тем, как это лучше преподнести, поэтому не сразу понимаю, что дверь в комнату открыли.
— Опа! А ты что тут делаешь? — Игорь удивленно смотрит на меня, а я вообще не понимаю, как он в таком состоянии еще понимает, как изображать удивление. Его ведет от малейшего дуновения ветра.
— Устал, — выдыхаю и стараюсь говорить развязно.
— Напился, даа? — Игорь плюхается рядом.
Начинает что-то бормотать и разводить философские мысли на пьяную голову, а я просто сижу и строю предположения на счет того, как поступлю дальше.
Что скажу, чтобы она не отказалась. Как обращусь, чтобы правильно поняла и какие приведу доводы, если вдруг начнет отказываться. Я почти придумал идеальный разговор, когда услышал храп рядом.
Почти что рассмеялся.
Как? Ну вот как можно ревновать свою бабу к другу и вырубаться, оставив оппонента с ней в одном доме.
Пусть не одну, но все же."
"Я поднимаюсь, вырубаю свет и иду в холл, где заметно опустело.
Эти двое вообще не должны были приезжать, но прибыли, так как дети уехали к бабушке. Вова нормальный, но сегодня праздник, так что вряд ли она сможет добудиться мужа.
Я спокойно жду, когда все свалят. Возьмут к чертям свои вещи и съебутся. Ждать приходиться недолго.
Точнее, Алла, которая спокойно и уверенно села за руль. Когда только собираюсь поговорить с Леной, которая, между прочим, спокойненько так меня игнорит, прибывает ее сестричка.
Риточка, блядь.
Риточка-калиточка, так я ее прозвал, потому что, кажется, что ноги раздвигает кому не попадя.
— Привет, — она залетает в дом, раздевается и разувается, и входит на кухню, слегка шатаясь.
