Автор
Не уступая близлежащим домам, странный квадратный деревянный дом выглядывает из-под оконца и тут же отворачивается обратно. У входа в этот дом сидит девушка в цветастой кофте — как будто она ждет кого-то. В руках у нее торчит пустая коробка для почты. Я медленно приближаюсь, стараясь не выдать ни своей присутствия, ни своего недовольства тем, что моя посылка все еще где-то там, за углом....
Делать нечего, пришлось, кое-как умостившись на откидном железном сиденье, внимать Ирине Леонидовне. Она могла в случае моего отказа сильно разнервничаться, что усугубило бы ее и без того плохое состояние.
Ирина Леонидовна начала рассказ. Очень давно она, студентка МГУ, встретилась на лекциях с чехом Карелом Вондрачковым. Молодые люди полюбили друг друга и, преодолев все препятствия, благополучно поженились. В прежние, коммунистические, времена это было совсем непросто, но, как верно поется в одной песне, любовь сметает все преграды и разбивает все замки.
Карел и Ира жили вполне счастливо, у них родился сын Иржи. И первые десять лет семья не испытывала никаких трудностей. Карел отлично зарабатывал, Вондрачковы имели в Праге квартиру и даже могли себе позволить отдыхать на море. Горе пришло в их семью, когда Иржи исполнилось тринадцать. Мальчик начал жаловаться на усталость, стал плохо учиться, перестал играть в футбол. Обеспокоенная мать отвела его к врачу и узнала страшный диагноз: лейкоз.
Карел сразу понял: Иржи не жилец.
Она впала в истерику и хотела бежать на аборт, но Карел остановил жену. Он, в отличие от супруги, сохранил четкость мышления и все хорошо рассчитал. Иржи суждено умереть, лейкоз не поддается лечению. Ира сейчас родит еще одного ребенка, хорошо бы девочку, и заботы о младенце отвлекут мать от горя.
"Через положенное количество месяцев на свет явился новый член семьи Вондрачковых. Мальчика назвали Борей. Спустя некоторое время стало понятно, что в семью пришло новое, еще большее горе. У Бориса оказался детский церебральный паралич. Некоторые родители, узнав о таком диагнозе, отказываются от детей, сдают в специализированное медицинское учреждение. Не спешите осуждать этих людей, не все способны на самоотречение, не каждый может добровольно обречь себя на служение человеку, который никогда не сможет самостоятельно поесть, воспользоваться туалетом или одеться.
