Просыкаясь в необъяснимой теплой постели, Лера обнаруживает себя в чужом доме, где ее укусили холодные глаза одного необычайно красивого и хмурого эльфа. Прозрачная ночнушка на ней словно маскирует ее полное бельевое nakedness перед шокированным изучением.
— Всего доброго, — сдержанно кивнула моя жена, выдёргивая ладонь из загребущих лап герцога.
Моя ж ты радость.
— О чём вы говорили во время танца? — развернулся я к Гастону, когда Элрой удалился.
— Ваша жена попросила дать ей молоток, — дворецкий озадаченно развёл руками.
Глава 21. Прошлое
Лера
— Зачем тебе молоток? Хочешь прибить меня или Персика? — спросил удивлённый Айс, закружив меня в танце. Одна его рука лежала на моей талии, вторая аккуратно сжимала ладонь.
Близость такого шикарного мужчины, исходящий от него одуряюще притягательный запах и в целом атмосфера праздника — всё это кружило голову.
Вальсировать с ним было определённо приятней, чем с Гастоном. Конечно, бесстрастный рыжий эльф поразил меня своей грацией, но у него не было таких плавных движений опасного хищника.
— Нет, — рассмеялась я. — Видишь ли, разбивать орехи молотком гораздо проще, чем кастетом.
— Понял, — кивнул эльф. — Я сам тебе буду их колоть. Не хочу, чтобы такая зайка, как ты, себя травмировала.
Не, ну с молотком-то я бы управилась. Но всё равно приятно.
— Что за эльф с тобой сейчас разговаривал? Этот Элрой как его там — он твой друг? — спросила я.
— Бывший начальник, — сдержанно ответил Айс. — Скажем так: когда я уволился, то ликовал, что не придётся больше отчитываться перед ним. Дотошный, въедливый, педантичный. С ним сложно. Впрочем, со мной тоже. У меня нет друзей. При моей профессии это слишком большая роскошь. Друзья могут предать или сделать меня уязвимым.
— А почему ты уволился? — спросила я.
Ответ был лаконичным:
— Устал.
Увидев недоумение в моих глазах, он пояснил:
— Надоело чувствовать, что я не принадлежу себе. Срываться по первому зову короля или Элроя, рисковать жизнью, порой ради их забав. Одно дело, когда ты выполняешь дело государственной важности — например, предотвращаешь войну. И другое, когда лезешь на отвесные скалы в племя крылатых только потому, что Дарион проспорил королеве валькирий голову золотого ирлинга.
— И ты принёс её? Эту голову? — потрясённо выдохнула я."
"— Нет. Только перо. Причём ирлинги сами дали его мне. Когда я взбирался на гору, то увидел, как вниз камнем летит трёхлетний мальчонка. Он пытался взлететь, но хилые чёрные крылья его не держали. Мне удалось перехватить его с помощью лассо и поднять наверх. Мальчик — Кайл — оказался сыном вождя. Это было тридцать лет назад.
