Автор
В мире, где каждый из нас сражается за выживание и внутреннее спасение, Макс и Зара сталкиваются с невероятными испытаниями. Открывая двери в мир, полный загадок и опасностей, они не только преодолевают собственные потери, но и помогают друг другу взойти на вершину через отчаяние и одиссею. В Награде — это история о любви, доброте и мужестве, где каждое действие имеет значение....
— Это счастье — иметь возможность лицезреть такие шедевры, — сказала Гаэль как можно благожелательнее, хотя в музеях не была с начала войны и меньше всего думала о национальных сокровищах, в отличие от командующего.
— Верно, — улыбнулся он снисходительно, словно они каким-то образом стали союзниками.
Может, хочет заманить ее в ловушку? Оставалось надеяться, что это не так.
— Вопреки мнению многих своих соотечественников я считаю, что искусство Франции принадлежит Франции и должно оставаться здесь, а не переправляться в Германию, куда отосланы многие предметы искусства, особенно за последние месяцы.
Командующий гарнизоном действительно страдал оттого, что ценители из высшего командования вагонами отсылали шедевры в Германию. Сам фюрер всегда страстно любил искусство, и по его приказу в австрийском Линце строили новый национальный музей.
— Некоторые шедевры, отосланные в Германию, были взяты из музеев. Остальные — из личных коллекций, конфискованных рейхом, — пояснил он серьезно. — Я считаю это неправильным и просил бы вас, мадемуазель Барбе, помочь мне.
— Хотите, чтобы я украла их для вас? — совершенно потрясенная, выдавила Гаэль.
— Пожалуй, «украла» — слишком сильно сказано. Речь идет о сохранении национальных сокровищ для правительства и коллекционеров, которым они принадлежат по праву. Нет, я не хочу, чтобы вы их воровали, тем более что они уже были однажды украдены. Кое-кто из офицеров попросил моего друга переправить несколько ценных картин в Германию, и он сумел их припрятать, чтобы потом передать французскому правительству, перед тем как мы отсюда уйдем. Есть и другие картины, но для них нужно найти безопасное место.
— Но где же я их спрячу? — ахнула Гаэль, совершенно обескураженная его откровенностью.
