Оставить жизнь сопернику, потом жертве на алтаре? Слишком много милосердия для того, кто собирался стать императором.
Часть меня надеялась на то, что Тень пощадит Маару. Но я знала, что это было бесполезно.
Я вскинула подбородок. Для всех я была воином, юным демоном-полукровкой и соперником Тени, и мне нужно было держать лицо.
А потом зал внезапно стих.
На арену вышел Тень.
Уверенный, стоящий прямо, он обвёл холодным взглядом первые ряды. На секунду его взгляд задержался на мне — и тут же безразлично проследовал дальше.
…Я вдруг вспомнила его беззащитный, почти умоляющий взгляд во сне.
«Обещаешь? Остаться и не бросать меня?»
«Будь кем угодно, только будь рядом».
Вот почему он так желал вырвать у меня обещание. Он знал с самого начала — и его не остановило то, что я дала ему это обещание обманом.
Я яростно сморгнула слёзы. Как он мог? Как он, чёрт подери, мог?
Тень медленно и торжественно опустился на одно колено перед распорядителем, и тот протянул ему пару клинков на плоской бархатной подушке. Та была чёрной, и такими же чёрными были клинки. С чёрными рукоятями, оплетёнными мягкой кожей. Даже отсюда они выглядели идеально сбалансированными. Я почти физически чувствовала их в руках.
Клинки Альдемаро. Дьявол.
Тень принял дар. Усмехнувшись, встал — и, прежде чем я успела даже моргнуть, клинки вонзились в песок перед моими ногами.
— В благодарность за то, что ты прикрыл мне спину, — ровным голосом произнёс он. — Ты неплохо дрался. Владей.
Я едва заставила себя встать и поднять клинки. А потом сняла с пальца императорский аметистовый перстень — и бросила его Тени.
— Ты тоже неплохо дрался, — произнесла я таким же ровным голосом. — Мы ещё скрестим клинки, будь уверен.
Тень с небрежным видом надел перстень на палец. Отвесил лёгкий поклон императору и одарил пристальным взглядом меня.
Он отвернулся. И твёрдой походкой взошёл к алтарю.
Помощник распорядителя в чёрной одежде, похожий на гробовщика, подал ему нож. Тень кивнул, принимая его, и шагнул в пентаграмму.
По залу прошёл негромкий гул. Задние ряды подались ближе. Я знала, что им достанется совсем немного силы, но даже самая малость была сладким лакомством.
Тень наклонился над девушкой, жадным взглядом вбирая в себя черты её лица, её обнажённое тело. До меня донёсся тихий женский стон, и слёзы всё-таки брызнули из глаз. Я едва успела замаскировать их широким зевком.
Я смотрела на Тень и отчётливо понимала: у него не было выбора. Никакого. Слишком жестокими были нравы Подземья.
