Автор
Квартира выглядела неожиданно знакомо — обиталище друзей и их супруги. Но теперь полка заполнена женской обувью, чего раньше не наблюдалось. Испуганный путешественник задумчиво ставит ботинки на место, когда замечает нечто непонятное в тихой атмосфере старого дома.
– Пяти минут не хватит для полноценного траха, но я знаю, как сделать тебя очень послушной!
У соседа окончательно поехала крыша. Он грубо задрал коротенький топ, высвобождая мою грудь. Происходящее пугало, околдовывало и возбуждало одновременно. Его напор сводил с ума.
Эд избавился от футболки, подаваясь вперед. Мои затвердевшие соски уперлись в широкую волосатую грудь мужчины.
– Фа-а-а-к! – тихо выругался, оголив ряд крупных ровных зубов.
Я почувствовала каменный член у себя между ног. Эдик потирался о крохотную полоску кружева, стоя вплотную.
– Отчет пошел, – скомандовал бесстыдник, накрывая мою грудь ладонями.
Они были большими, загрубевшими и очень тёплыми. Эдик прикасался так, будто впервые дорвался до женской груди. Или только-только вернулся из армии.
– А-й! – беспомощно наблюдала, как он дразнит оттопыренные соски.
Подвешенные руки начали неметь. Крутила задницей, словно сижу на раскалённых углях, пытаясь избавиться от его наглых ладоней на своих обнаженных прелестях.
– Балдею от твоих сисек… – ошалело рассмеялся, трогая каждый сантиметр разгоряченной кожи, словно блуждал по минному полю.
– Не-е-т, – неуверенно запротестовала, когда он опустил голову ниже. Эд атаковал губами сосок, и низ живота пронзила стрела удовольствия.
Его умелый рот действовал как дурман… Я вскрикнула. На долю секунды мужчина отстранился и заглянул в глаза. Его пальцы дотронулись до моего рта. Он нажал на ложбинку между губами, и я как по команде разомкнула их.
– Так-так. Знаю, что ты можешь быть очень послушной, – прошептал волнующим бархатистым голосом, принимаясь по новому кругу мучить загрубевшие соски.
– Э-э-д…
Почувствовала мучительную слабость в коленях. Тело мурашками отвечало на каждое прикосновение. Под трусиками появилась невыносимая пульсация. Перед глазами всё плыло… И, увы, не могла упрекнуть парня в грубости – он ласкал с таким невозможным трепетом, будто я сделана из стекла. Хотелось смеяться от щемящих прикосновений.
Бесов выкорчевывал сомнения. Сметал внутренние запреты. Уничтожал железную броню сердца.
– Боже-е… – пискнула, когда мужчина резко отстранился от груди.
Поразительно, еще секунда – и я бы кончила только от влажных губ на своих сосках…
– А теперь гвоздь программы, – пошло облизнулся, подцепив пальцами подол.
Топ так и оставался болтаться сверху, открывая обзор на обнаженные прелести, но этого извращенцу оказалось мало.
