– Я, конечно, понимаю, что уже можно, но всё-таки…
– Ладно-ладно! – Нейт поднимает руки, потом гладит меня по голове, как ребёнка, и говорит: – Отдыхай, дурочка. Надеюсь, новости тебе понравятся.
Я хочу спросить, что за новости, но он уже выходит из комнаты, будто нарочно оставляя меня в неведении.
Гай переключает внимание на меня. Он берёт мою руку, глядит на неё, маленькую по сравнению с его ладонями, рисует невидимые узоры пальцем. Кольца сверкают в солнечных лучах.
– Я должен спросить кое-что, – начинает он.
– И что же? – произношу я.
Я понимаю, о чём он говорит.
– Каталина, я знаю Хью, – говорит он, и в голосе проступает злость. – Я знаю, что он любит больше всего. Молоденьких девушек. А в особенности насиловать их.
Я отрицательно качаю головой и шепчу:
– Но меня он в этом плане не трогал… Хотел, но его остановили.
– Хотел… – повторяет Гай, пока глаза дьявольски темнеют. – Он ещё легко отделался, Каталина. Если бы он попал в мои руки, я отрезал бы ему член и запихал по самую глотку.
Я поражаюсь, услышав из его уст что-то столь неприличное. Он никогда не использует в своём обиходе ругательств, так что меня это сильно удивляет.
– Верю, – улыбаюсь я, хотя улыбка кажется такой неподходящей и абсурдной в этой ситуации. – Я бы с удовольствием на это посмотрела.
Гай отодвигается от удивления, хмурясь и изучая мои глаза так, словно собирается открыть себе портал в мой разум и понять, о чём я сейчас на самом деле думаю.
– Тогда у тебя есть отличная возможность насладиться новостью о казни остальных твоих мучителей, – говорит он.
На этот раз хмурюсь я.
– Я собрал всех, кто участвовал в этом, у себя дома. В подвале. Они дожидаются своей смерти, на которую у меня есть право по нашим же законам. Потому что они нарушили главное правило нашей семьи: они тронули одну из Харкнессов.
Я открываю рот от удивления, хочу что-то сказать, но он вручает мне бумагу, на белоснежной поверхности которой напечатано чётким и жирным шрифтом:
И среди прочего текста снизу виднеется отчётливое:
– То есть..? – начинаю я тихо.
– Зайд достал бумаги, – говорит Гай. – Теперь мы муж и жена, Каталина. Теперь ты неприкосновенна, как мы и обещали.
Харкнесс… Отныне я член этой сумасшедшей семейки. Родственница Вистана, желающего моей смерти, но теперь, вероятно, не смеющего завершить своё дело.
– Теперь ты королева, – продолжает тем временем Гай. – Полноправная королева.
– Но ты принц, а не король, – уточняю я, откуда-то найдя силы хихикнуть.
– Ты стоишь выше меня. Я заставлю всех так считать.
Я кладу бумагу на живот, пытаясь привстать на кровати, а потом дверь вдруг вновь открывается.
– Нейт, я ведь сказал… – строго начинает Гай, но его перебивает со смешком вошедший Зайд:
– Хуй тебе, а не Нейт. Я, вообще-то, зашёл отдать это.