Конечно, это не значит, что мы сможем выйти к нему с распростёртыми объятиями и распивать вместе чаи, но у нас появится гарантия того, что никто не сможет причинить тебе вреда. Брак может заключить член «Могильных карт» и расторгнуть его может только тот же человек или официальный представитель всё тех же «Могильных карт».
У меня разболелась голова от напора стольких размышлений. Я потираю виски, хмурюсь и пытаюсь сосредоточиться на одной мысли, отгоняя все прочие.
Машина останавливается у продуктового магазина. Гай поворачивается ко мне и спрашивает:
– Что мне купить для тебя?
Я растерянно бросаю взгляд на маркет и возвращаю его обратно к парню.
– Я не знаю, – улыбается он. – Может быть, шоколадку?
– Шоколадку? – Из моих губ вдруг вырывается короткий смех. – Кровавый принц спрашивает, хочу ли я шоколадку?
Его рука тянется к моему лицу, он проводит пальцем по щеке, прохладная поверхность колец касается кожи. Его глаза сейчас словно блестят.
А потом Гай тихо произносит:
– С тобой я не чувствую себя Кровавым принцем.
Я замираю от озвученной фразы. А потом перевожу взгляд на его губы. Это происходит автоматически, я даже не успеваю понять, в какой момент глаза вдруг решают переместить свой фокус на эти красивые губы. Будь я безрассудной, наверное, всё бы отдала, чтобы ощутить их на себе вновь, но вместо этого мне всё же удаётся вернуть взгляд к его глазам и ответить:
– Хорошо. Купи мне шоколадку. Молочную, с арахисом и, если есть, ещё с клубникой. И маленькую пачку яблочного сока.
Гай кивает, улыбается и выходит из машины. А я так и остаюсь всё с тем же желанием его поцелуя, в котором никогда, наверное, не признаюсь.
Гай возвращается в машину с тремя разными видами шоколада: молочный с клубничной начинкой, плитка с шарикообразными шоколадными конфетами и арахисом, батончик, а ещё коробочка сока.
– Может, за то время, пока я отсутствовал, ты успела ещё чего-нибудь захотеть? – спрашивает он.
Я отрицательно качаю головой, в предвкушении разворачивая обёртку шоколадного батончика. Гай на моё удивление садится на заднее сиденье, а не за руль.
– Хочешь посидеть со мной? – улыбаюсь я, не понимая, откуда вдруг взялось моё дружелюбие.
– Мне кажется, тебе нужен отдых после бесконечного шума клуба. Поэтому немного посидим в тишине.
– Ты прав. Отличная идея.
Он выговаривает со смешком:
– Разумеется. Я ведь всегда прав.
Я шуточно фыркаю, принимаясь за свой батончик. Шоколад подтаял, поэтому я стараюсь касаться пальцами лишь обёртки, чтобы не перепачкать руки.
Гай не отрывает от меня взгляда, пока я перекусываю батончик и в наслаждении прикрываю глаза.
– Держу пари, ты это специально, – вдруг говорит мне он.
Я в удивлении поворачиваю к нему голову.
– Ты прекрасно понимаешь, о чём я.
Конечно понимаю.