– Вот они, товарищ генерал, – подполковник указал на семь лежащих в ряд черных пластиковых мешков. И извиняющимся тоном добавил: – Они разделены условно, там же все кости вперемешку… Особенно в кабине – ее в лепешку сплющило…
Отстранив следователя, Георгий Петрович подошел к мешкам. Они были наполнены только наполовину, будто там находились не офицеры, а поврежденные части авиаоборудования.
«Извини, отец, что я тебя не нашел, – мысленно обратился главком к одному из мешков. – Это ты меня нашел и вызвал сюда… И уже не разобрать – где твои косточки, а где чужие…»
Сзади деликатно кашлянул Горшенин и протянул связку ключей с алюминиевым овалом на кольце. Овал потемнел, но выбитые на нем буквы и цифры читались хорошо. «ВС СССР» – в верхнем ряду, «С-898595» – в нижнем…
Георгий Петрович не помнил личного номера отца, но ключи он узнал сразу, хотя они покрылись толстым слоем ржавчины. Вот этот от верхнего замка их квартиры, этот от нижнего, эти два – от дачи… Если их отмочить в бензине и смазать маслом, то они, возможно, и сейчас отопрут те замки, для которых предназначались…
– Я могу их взять, подполковник? – не оборачиваясь, спросил он, понимая, что до окончания расследования изымать из дела вещественные доказательства нельзя.
Следователь знал это еще лучше. Но запрет был формальным: номер жетона уже направлен на идентификацию, а ключи в расследовании вообще не играют никакой роли… К тому же просит главнокомандующий ракетными войсками…
– Конечно, возьмите, товарищ генерал-майор! – после затянувшейся паузы наконец сказал он.
А Горшенин подал чистый платок:
– Вот, Георгий Петрович, заверните, а то испачкаетесь…
– А про какой чемоданчик ты говорил, Савелий Сергеевич? – спросил главком.
– Серьезный чемоданчик, для особо важных документов. Его уже в Москву отправили…
Снова отказавшись от обеда и скомкав процедуру прощания, главком улетел с места давней авиакатастрофы.
Офицеру по особым поручениям при главкоме РВСН капитану Ерманову только исполнилось двадцать семь лет, и он никогда не бывал в Центральном НИИ Министерства обороны. В непривычной обстановке капитан чувствовал себя некомфортно, белый халат, накинутый поверх формы, стеснял движения и вызывал раздражение. Зато для двух экспертов взрывотехнической лаборатории такие халаты явно были привычней формы. Один управлял манипулятором, наблюдая на экране, как суставчатая механическая рука укладывает черный металлический кейс на небольшой столик в камере из брони и бетона. Кейс крутился и не хотел укладываться так, как надо. Второй эксперт сидел за пультом компьютера и ждал, пока коллега закончит сложную процедуру.
– К чему такие предосторожности? – спросил капитан.