Девушка стремительно сбегает из дома, неся в руках единственную ценность — семейную реликвию. Ее брат, страстный поклонник древних ценностей, требует ее немедленно, угрожая отчеканить на ней свою фамильную печать. Вдали звенит медная цепь — символ проклятого завета, который она должна передать в руки епископа. Какой смертельный путь предстоит героине?...
Его убили… Убили по приказу Святополка…
– Пустите девку! Кто сказал эти слова?
Я растерянно оглянулась. Горясер.
– Ты танцевала и пела нам в Ладоге? – вглядываясь в мое лицо, спросил он.
По моим щекам потекли слезы.
– Где твой отец? – продолжал Горясер.
Отец? Это он про Старика? Он спрашивает, где Старик?!
Что-то сжалось в моей груди, потом отпустило, и изо рта вырвался клокочущий звук. Затем второй, третий… Мне было уже не удержать их.
Горясер покосился на подводу, разглядел на ней Старика и вздохнул. Вряд ли ему было грустно.
– Что ты возишься с этой девкой? – недовольно спросил подоспевший Анастас."
"– Крыса… – презрительно выдавила я. Игумен и впрямь походил на крысу. Тощую церковную крысу… Маленькие черные глазки, острый нос… Я стала задыхаться.
– Она все видела, – кривя губы, заявил монах. – Убей ее.
Горясер кивнул:
– Убью. Но прежде наслажусь ее телом. Ты ведь знаешь, наемники не похожи на вас, святош… – Он гадко ухмыльнулся и схватил меня за руку: – Пошли.
Я еще смеялась. Понимала, что он хочет сделать, но не было сил сопротивляться.
– Гад, – сползая на пол, всхлипнула я. – Гад…
– Заткнись и слушай, – негромко сказал Горясер. – Твой Старик был убит моими людьми. Я не хотел этого.
Он оправдывался?
– Ты хочешь жить?
Глупый вопрос. Я закивала. Голоса не было.
– Тогда сиди тихо, как мышь. Когда подводы уедут и со двора уберется этот продажный игумен, мои люди подожгут дом. Не вздумай вылезать сразу. Если будет трудно дышать, обмотай голову тряпкой.
Я поняла. Половину. То, что Старик мертв, а я еще жива. Что могу остаться жить. Потому что так решил этот наемник. И, как ни странно, я верила ему. Он на самом деле не хотел убивать Старика. Настоящим убийцей был Святополк. По его приказу людей лишали жизни…
Я не слышала, как ушел наемник и как уехали груженные мертвыми телами телеги. Очнулась от пышущего жара.
– Все, пошли отсюда! – раздался снаружи его громкий голос. Застучали копыта. Пора.
Я прыгнула к окну, влезла на подоконник и рухнула вниз. Боли от удара не почуяла. Откатилась в сторону и тут же увидела бегущих к горящему дому людей. Они что-то орали и размахивали руками. Я поднялась на ноги и побрела прочь. Меня не заметили.
