Девушка стремительно сбегает из дома, неся в руках единственную ценность — семейную реликвию. Ее брат, страстный поклонник древних ценностей, требует ее немедленно, угрожая отчеканить на ней свою фамильную печать. Вдали звенит медная цепь — символ проклятого завета, который она должна передать в руки епископа. Какой смертельный путь предстоит героине?...
Предательство всегда предательство, даже во сне…
– Я была одна.
– Но зачем ты приехала на Альту? – Он требовал ответа совсем как настоящий. Но если я не могу проснуться, то почему бы не сказать правду? Что мне может сделать ненастоящий меч?
– Я знала, что князя Бориса хотят убить, – сказала я.
– Откуда ты знала? – чуть не завыл Апонница.
– Из сна. Из такого же сна, как этот, – ответила я. Меня трясло, и, словно в тумане, надо мной плыли незнакомые усатые лица. – Это был вещий сон… Там хотели убить Бориса…
Продолжать я уже не могла.
– Она издевается над нами! – кричал кто-то.
– Она видела убийц! – вторил другой, а еще один ударил меня по лицу и прошипел: – Стерва! Говори, где князь!
Щеку опалило огнем. Сомнение на миг коснулось моей души и тут же исчезло. Конечно, это сон…
– Оставьте ее! – завопил кто-то. – Она же безумна!
– Убить эту тварь! Смеется над нами!
Голоса, голоса, голоса… Они звенели в моей бедной голове и рвали ее на кусочки.
– Хватит, – попросила я неведомо кого. – Хватит, ведь все вы ненастоящие… Зачем же так шуметь?
А потом закружилась, словно сорванный ветром лист, и утонула то ли в небе, то ли в реке…
Очнулась я от качки и солнечных лучей. Моя щека больно терлась о нагретую солнцем кольчугу, а руки были крепко привязаны к седлу. И это не было сном.
Я закусила губу и помотала головой. Где я? Куда меня везут?
– Очухалась, – сказал грубый голос.
– К Киеву вовсе очнется, – добавил другой. – И все расскажет светлому князю Святополку. Не захочет добром, заставим силой. Нам нужен наш князь.
О чем он говорил?
– Кто вы? Куда меня везете? – слабо шепнула я.
Сбоку мелькнула тень. На сей раз Апонница был без шлема. Светлые волосы струились по его плечам, а длинный нос нависал над рыжими усами, словно вороний клюв. С покрытой головой он выглядел лучше…
– Стерва, – – пробормотал Апонница.
Мне захотелось заплакать. В чем меня винили?
– Красивая стерва, – угрюмо повторил он, – и хитрая… Ничего, в Киеве тебя обломают… Все расскажешь, как миленькая.
Мне стало страшно. Очень страшно.
– Что расскажу?
– Все. – Апонница подхлестнул коня и ускакал куда-то вперед.
– К Святополку тебя везем, в Киев, – уже мягче пояснил всадник за спиной. Я не смогла обернуться. Шея словно одеревенела.
