Автор
Ночь непостижимо долгая, как дыхание холода, скользящего по коже. Солнце не желает подниматься, лишь огни костра искрятся в тени елового леса. Харалд медленно созерцает безмолвие – время как струна, пронизывающая сердца этих людей. Так они держались за надежду просветления, пока не наступит утро....
Все, что понял — страх за то, чтобы не оказаться в таком же положении, как эти «преступницы», жалость, этакая брезгливая жалость – как к больному лишаястому животному. И жалко, и хочется убить, чтобы не разносили заразу. И опять – обожание, восторг, восхищение Недом!
«Это хрень какая-то! Да с какой стати они так в меня втюрились? Нет – не обошлось без колдовства. А если так рассудить – я, когда занимался любовью с Гелдой, усилил и бросил в пространство ее чувства. А она на самом деле в меня по уши влюблена – я чувствовал это еще до того, как она залезла ко мне в постель.
Двенадцатого ли? После того, как очистились каналы, проводящие магию в моем теле, явно я стал сильнее, и теперь мой уровень… хмм… очень высок, да.
— Ну что же… я принял решение…
В комнате повисла не просто тишина, она стала звенящей, осязаемой, ее можно было потрогать, и эта тишина гудела, как натянутая тетива.
— Я решил, что прощаю вас.
Вздох, волна облегчения, радости, любви, обожания и щенячьего восторга.
— Но ваши жизни теперь принадлежат мне. Пока я не решу, что вы искупили свою вину. А может я и никогда не решу, что вы искупили, и будете служить мне до конца жизни. Готовы ли вы на такое?
— Готовы, конор! – нестройно сказали наказанные девушки – мы служим тебе столько, сколько тебе нужно. Мы умрем за тебя!
— А со мной что, конор? – спросила Хелда, не поднимая голову – ты же вызвал меня, чтобы наказать? Ты не прощаешь меня?
— Хмм… прощаю – нашелся Нед, который вызвал Хелду только для одного – посоветоваться насчет ее подчиненных.
— На тех же условиях, что и остальные. Согласна?
— Да! – Неда обдала волна чистой радости, восторга, и Нед снова затрепетал под напором чужих эмоций, матерно выругавшись про себя и решив потренироваться с перекрыванием потока чужих чувств.
