В череде кошмарного сна я снова увижу его — реального человека из моей головы, который становится всё более реальным с каждой секундой. Но он исчезает, растворяется, словно призрак, и я просыпаюсь в пустом кабинете, только сердце не успокаивается, оставаясь прижатым к его образу....
Тем более, что никакого вреда мне от этих сновидений не было.
— Откуда тебе было это знать… — начинает отец, но я вскидываю руку, прося остановиться.
— Пожалуйста, не перебивай и выслушай. Да сны не прекращались. Я, как видишь, цел и невредим. Возможно, они начались, из-за моих эмпатических способностей, возможно из-за того, что я про этот мир часто думал, сам понимаешь почему, а может причина в том, что однажды Богиня мне этот мир показала во сне, когда хотела, чтобы я принял Нэлли. Я лично склоняюсь к мысли, что сыграло роль сочетание всех этих факторов и кое-каких других.
— Тай — это бесперспективное чувство, — произносит отец, хотя я в полной мере ощущаю его сочувствие.
— Ты думаешь, я этого не осознавал? — С горечью интересуюсь у него.
— Что случилось прошлой ночью, сын? — спрашивает отец, кладя руку на плечо и сжимая.
— Я узнал, что она умирает. Там. А я тут и ничем помочь не могу, спасти её не могу. И я мог её больше никогда не увидеть, не узнать даже, что с ней случилось, если бы не пришёл. Я мог потерять её насовсем, навсегда, — в груди снова больно сжимается и ноют сбитые костяшки на обеих руках, напоминая, что можно забыться в яростном угаре.
— Мне жаль, Тай, — не хочу читать его эмоции, мне от своих больно. Мотаю головой, сжимая зубы до скрипа.
"— Нет. Не надо жалеть. Просто прими моё решение. Я сейчас еду в Храм.
— В Храм? Зачем? — этот вопрос, как ни странно, принадлежит матери. Поворачиваю голову и встречаюсь с её встревоженным взглядом. — Кто умирает?
Её величество королева Анэллия Сэйнар замерла на пороге спальни, видимо услышав часть нашего с отцом разговора.
— Здравствуй, мама. Умирает моя любимая девушка. В твоём родном мире.
