В череде кошмарного сна я снова увижу его — реального человека из моей головы, который становится всё более реальным с каждой секундой. Но он исчезает, растворяется, словно призрак, и я просыпаюсь в пустом кабинете, только сердце не успокаивается, оставаясь прижатым к его образу....
— Как мне обратиться к Богине за помощью?
— Я так понимаю, вы имеете в виду не просто благословение?
— Оно мне, конечно, не помешает, но нет. Я хочу просить кое-что гораздо более сложное и, возможно, нарушающее законы мироздания, — признаюсь я, наблюдая за тем, как пожилая женщина хмыкает, поворачивается к статуе и смотрит в лицо Богине. Без удивления, надо признать. Я и сам скольжу взглядом по воплощающему женственность мраморному лицу. — Что мне сделать? Принести жертву?
— Праматери не нужны жертвы, чтобы выслушать своих детей, — поджимает губы Ваота.
— Да.
Настоятельница кивает и направляется к алтарю, над которым Богиня держит в руках золотую чашу.
— Праматерь готова услышать. Готовы ли вы, ваше высочество, просить её милости?
— Готов, — твёрдо произношу, принимая чашу.
— Тогда пейте. Это поможет войти в транс.
— Благодарю, светлейшая Ваота.
Она кивает и молча обходит меня, чтобы покинуть зал. А я выпиваю в пару глотков божественного происхождения зелье, или что это такое, не позволяя себе сомнений и колебаний. Ни на что не похожая на вкус горьковато-терпкая жидкость мягко обволакивает пищевод, проваливаясь клубком тепла куда-то в район солнечного сплетения. Странное чувство покоя обволакивает, как-то незаметно забирая всё, что грызло меня в последнее время.
— Ну здравствуй, Тай, — слышу перед собой голос. Обычный в общем-то. И смутно знакомый.
Открываю глаза и тону в невозможном сизом взгляде. Мне всегда казалось, что бездна должна быть холодной, но сейчас я узрел, что она тёплая и полная вселенской мудрости. Великая Праматерь.
