В череде кошмарного сна я снова увижу его — реального человека из моей головы, который становится всё более реальным с каждой секундой. Но он исчезает, растворяется, словно призрак, и я просыпаюсь в пустом кабинете, только сердце не успокаивается, оставаясь прижатым к его образу....
— Ну же, позволь тебе помочь, — воркую, и делаю шаг ближе, чувствуя, что конь замирает, прислушиваясь к своим ощущениям. — Уши твои трогать не буду, ты же мне не настолько доверяешь, да? А вот тут разомну. Давай, мой хороший, покажи, где тебе больно.
Постепенно жеребец успокаивается, опуская голову и даже утыкаясь мне лбом в грудь. И я с чистой совестью пользуюсь этим, чтобы обследовать его и нащупать наконец сведённую напряжённую мышцу. А дальше действую привычно, прислушиваясь к реакции животного, разминаю и снимаю напряжение в тревожащем его месте.
— Ну вот и всё. А ты боялся, — с наслаждением утыкаюсь лбом в тёплую шею благородного животного. Как же я соскучилась по своим любимым резвым мальчишкам. По Янтарю. По Акбару.
— Как ты это сделал? — слышу удивлённый голос его хозяина.
— Просто нашёл место, которое его беспокоило. Мышцу вашему Харику свело. Давно он под седлом? — интересуюсь, возвращая поводья.
— Первый год, — уже гораздо миролюбивей признаётся Хамиль, кажется.
— Ясно, — уже открываю рот, чтобы выдать подробные рекомендации, как обращаться с молодым жеребцом, но ловлю на себе ошарашенный взгляд Гапки в медленно удаляющейся повозке. М-да. Не палимся? Угу. Совсем. — Хороший он у вас. Счастливого пути.
— И тебе, малец. Спасибо за помощь, — хмыкает парень.
— Не за что, — бросаю уже на ходу, догоняя наш фургон. А когда залезаю и усаживаюсь обратно на своё место, понимаю, что, кажется, организовала себе проблемы раньше времени.
Гапка смотрит на меня не просто удивлённо. В её глазах роится столько вопросов, сомнений и даже страхов, что у меня волосы на затылке шевелятся. Я даже не знаю, радоваться мне, или огорчаться, что задать свои вопросы она сейчас при свидетелях не может. Хорошо хоть Лялька моего отсутствия не заметила, кажется.
Постепенно очередь с досмотром дошла и до нас. Двое военных, тех самых яншаров, которых так испугалась Гапка ночью, заглянули в наш фургон и пробежались глазами по всем присутствующим, удостоив меня лишь мимолётного взгляда.
