Над водыми островами, где чаще всего лишь маленькие и покойные, есть величественные обширные, украшенные либо храмом, либо роскошной виллой, начинается мирный сон под жарким полуденным солнцем. Море и острова спят до вечерней прохлады, когда жизнь на несколько часов призрачна. Но на яхте все в движении: трое молодых людей маневрируют среди этих живописных уголков мироздания, предвкушая новый дневной冒险。...
Хорошо они спелись, голубки!
– Что молчишь? – спросил Виктор.
– Думаю.
– О чем?"
"– О том, что вот сейчас я остановлю машину и пошлю тебя к чертям собачьим. Потому как хоть убей не понимаю, на фига мне все это нужно.
– Не пошлешь.
– Почему?
– Ты профи. И понимаешь, что из этого дела ты так просто не выйдешь.
– А вот сейчас мы проверим.
Роман достал пистолет, передернул затвор и ткнул стволом в бок Анны:
– Останови машину.
Та как вела, так и продолжала вести. Выдержка у нее была что надо. Только чуть дернулась спиной, как бы брезгуя чужим прикосновением.
– Не дури, капитан, – сказал беззлобно Крохин.
Роман щелкнул курком.
– Останови машину, Анна!
Ее нога чуть дрогнула на педали тормоза. Она испытующе покосилась на Крохина.
– Я ведь выстрелю, майор, – по-русски сказал Роман. – Тем более что эта стервочка мне совсем не нравится.
– Скорость большая, – ответил Крохин. – Выстрелишь – разобьемся.
Машина шла по автобану, пустынному в это время. На спидометре значилось сто сорок.
– А мне плевать, – улыбнулся Роман.
Он тюкнул стволом в голову Анны.
– Останови машину, сука! – рявкнул он во всю мощь.
Анна и сейчас не поспешила бы выполнить его приказ, если бы Крохин не кивнул ей:
– Останови, Анна. Он выстрелит.
Машина стала сбавлять ход, съехала на обочину и остановилась.
– Делаешь ошибку, капитан.
– Это мне решать, – сказал Роман, открывая дверцу.
– Оно-то так. Но главного ты так и не узнаешь.
Роман, уже выставивший ногу, на секунду задержался.
– Брось морочить мне голову, майор. Твое дело мне не интересно. Пока.
– Взрыв произойдет в России, – негромко произнес Крохин.
Роман, уже собиравшийся с силой захлопнуть дверцу, застыл, затем медленно пригнулся к веющему теплом салону.
– Что ты сказал?
– Садись, – бросил, не оборачиваясь, Виктор.
Роман, не отпуская дверцы, но и не закрывая ее, выпрямился. Дождь сыпал на лицо мелкими частыми каплями. Шоссе в свете фар казалось двухэтажным, где по нижнему этажу мчались перевернутые автомобили.
Он сел на свое место, но дверцу оставил открытой.
– Говори.
– По нашей информации, взрыв должен произойти в России, в одном из областных городов. По этой причине я вызвался на эту операцию и по этой же причине вызвал тебя.
Роман помолчал. Если это так, то теперь он при всем желании не может уйти.
Он покосился в затылок Виктору. Врет, гад.
– Почему сразу не сказал?
Виктор пожал плечами:
– Я бы сказал.
