Над водыми островами, где чаще всего лишь маленькие и покойные, есть величественные обширные, украшенные либо храмом, либо роскошной виллой, начинается мирный сон под жарким полуденным солнцем. Море и острова спят до вечерней прохлады, когда жизнь на несколько часов призрачна. Но на яхте все в движении: трое молодых людей маневрируют среди этих живописных уголков мироздания, предвкушая новый дневной冒险。...
"
"Палата, в которую он вошел, могла бы претендовать на номер в пятизвездочном отеле. Дорогие ковры, шикарная мебель, картины, хрусталь, позолота. Тот, кто здесь жил, обладал, по-видимому, немалым состоянием, поскольку пребывание в подобных апартаментах даже один день стоило баснословных денег.
В спальне на широкой кровати лежал пожилой человек в распахнувшейся на волосатой седой груди шелковой пижаме. Монограмма на кармашке как будто подтвердила тайные мысли молодого человека, поскольку он, глянув на буквы, удовлетворенно кивнул.
Он встал сбоку от постели и некоторое время изучал лицо старика. Это было значительное лицо. Мощный, с горбинкой нос, выдающийся подбородок, кустистые брови. Возраст этого человека давно перевалил за восемьдесят, но, учитывая тот уход, которым он был здесь окружен, он мог бы протянуть еще не один год. Его грудь размеренно двигалась в такт дыханию, руки свободно лежали вдоль тела, отчего казалось, что он просто крепко спит, – спит по своей воле, не подверженный воздействию газа.
Эрик Бассе в последний раз посмотрел на часы, затем встал коленом на край постели и придвинулся к старику. Взяв его одной рукой за подбородок, а другой за темя, он резким движением свернул ему шею.
Послышался сухой треск, будто переломили палку. Старик дернулся, его пальцы скребанули по простыне, послышался не то хрип, не то стон, но в следующую секунду он вытянулся, обмяк и затих.
Молодой человек отнял руки, выпрямился. Голова старика осталась запрокинутой вверх и вбок, челюсть отвисла, изо рта вывалился язык, покрытый беловатым налетом.
Полюбовавшись с полминуты на результаты своих трудов, молодой человек покинул номер, спустился вниз и вышел на улицу.
Сняв противогаз, он с удовольствием вдохнул полной грудью чистейший горный воздух и направился к машине.
– Готов? – спросил водитель.
– Да, – кратко отозвался Эрик, залезая в кабину.
Водитель кивнул, завел двигатель, развернулся и покатил прочь.
США, Майами, 12 сентября 2008 г
– Маа-ма, ну можно я съем еще одно мороженое? – низким, просительным голосом тянул кудрявый пятилетний крепыш в увешанной значками ярко-красной бейсболке.
– Отстань, Энди, – устало отмахивалась мать, высокая белокурая женщина того неопределенного возраста, который налагают на женщину частые роды и неустанная забота о потомстве. – Ты уже съел два, сколько можно?
– Три, – мстительно подсказала идущая рядом с ней девочка лет семи.
