Автор
В жаркий июньский день над городом накатывается холодный фронт. Вместе со скандалами и слухами мы с Ронни Симз прячемся от погоды в своем джипе, где прохлада ослепляет обычные тревоги дня. Каждая капля дождя вымывает старые тайны из земли, подталкивая нас на новый уровень решительности и страха.
— Я пожала плечами. — А куда с ними можно прийти, сам знаешь.
— Что могу — больше обещать не в моих силах.
— И больше просить не в моем праве, но скажем так: я не совсем знаю, как мы разрулим ситуацию. Я кое-как присобачилась иметь дело одновременно с Ричардом и Жан-Клодом, а теперь тут еще и ты. Просто не знаю.
— Я могу вернуться в твой дом, — предложил он.
— Нет. Жан-Клод хотел тебя видеть.
Мика посмотрел на меня внимательно.
— И от этого ты нервничаешь.
— О да! — Я наполовину рассмеялась.
— А почему?
— Если бы Жан-Клод переспал с кем-то другим, я бы не хотела встречаться с его партнером.
Мика пожал плечами:
— Ты думаешь, он замыслил мне какой-то вред?
— Нет, — сказала я, — нет, ничего подобного.
Я попыталась выразить это словами, но не смогла. Может быть, мне не хватает утонченности. Как представить бойфренда С бойфренду А, после того как бойфренд А последнее время так спокойно относился к наличию бойфренда В, которого уже в картине нет? А может быть, дело в том, как Жан-Клод о нем спрашивал.
— Приведи своего Нимир-Раджа, ma petite, я бы хотел с ним познакомиться.
— А зачем? — спросила я.
— Мне не полагается быть знакомым с другим мужчиной, который бывает у тебя в кровати?
Я покраснела тогда. Но вот сейчас Мика здесь, и мы у входа в «Цирк». Жан-Клод внутри и ждет. И на самом деле меня больше пугала перспектива представлять их друг другу, чем волновал Дамиан. Если Жан-Клод не попытается убить Мику, вот тогда я и буду волноваться о Дамиане. На девяносто девять процентов я была уверена, что Жан-Клод не затеет ссору. Но этот последний процент заставлял сжиматься тугой узел под ложечкой.
Два новых телохранителя шли по обе стороны от меня. Оба выше шести футов, мужчины, и оба излучали телохранительскую угрюмость и недоступность. Крису (уменьшительное от Кристиано) было лет за двадцать пять, загорелый до золотистого цвета, глаза — светлый намек на серо-голубые. Волосы — светлый намек на каштановые, их можно было бы назвать блондинистыми. Бобби Ли был мужчиной за сорок, волосы ежиком, седые, брови по-прежнему черные, а под ними поразительно синие глаза, как осколки сапфиров. Аккуратно подстриженные усы и борода — смоляные, с первыми признаками седины.
Крис говорил абсолютно без акцента, а у Бобби Ли — совершенно кукурузный голос, южнее южного.
Натэниел попытался встать рядом, и Крис его отодвинул.
— Он со мной, — сказала я.
— У нас приказ охранять вас. Его я не знаю.
— Послушайте, вы оба, у нас тут нет времени представляться.
