Автор
В Нарисованных шрамах, Олтедж создает волнующую атмосферу любви и разочарования, где каждый шаг героя ведет к еще большей сложности и трагедии. Жизненная история персонажей становится кровавой игрой на живых эмоциях, отчаянии и надеждах, заставляя читателя смотреть на события со стороны, как бы не желая это делать....
Свет во всей галерее приглушен, лишь один широкий прожектор над каждой картиной освещает пространство. Похоже освещение хорошо работает, учитывая мрачную атмосферу искусства Нины. Я посмотрел большинство работ, когда они еще были у меня дома, но то, что они выставлены таким образом, придает им гораздо более тревожное ощущение.
На картине передо мной изображено зеркальное отражение бледнокожей женщины с длинными темными волосами, прижимающей к груди отрез материала. В пространстве позади нее вырисовываются несколько безликих высоких фигур с вытянутыми руками.
Прежде чем перейти к следующей работе, я бросаю взгляд в противоположный угол комнаты, где Нина стоит рядом с невысоким молодым человеком с редеющими волосами. Марк, «сутенер». Они что-то обсуждают, и я на несколько мгновений обращаю внимание на язык их тела. Нина поднимает глаза и, заметив, что я смотрю на нее, улыбается.
— Итак, что думаешь? — спрашивает она и кивает на картину.
Я беру ее руку, подношу к губам и целую верхушку ее пальцев.
— Они потрясающие, malysh.
Она ухмыляется и наклоняется ко мне.
— Ты говоришь так лишь бы затащить меня в свою постель.
— Обычно ты приходишь в мою постель по собственной воле. Но если ты настаиваешь, я могу сам затащить тебя туда сегодня ночью.
— Я настаиваю. — Она смотрит на меня из-под ресниц и прикусывает губу — моя маленькая соблазнительница.
— Если ты и дальше будешь так смотреть на меня, — я беру ее за подбородок и притягиваю к себе, — ты пропустишь свою собственную выставку, Нина.
— Звучит совсем не плохо, пахан.
Я обхватываю ее за талию и притягиваю к себе на колени. Нина смеется, обхватывает меня за шею и зарывается пальцами в мои волосы.
— Я забираю тебя, попрощайся и мы едем домой, — говорю я и прижимаюсь своим ртом к ее.
— Не могу, — шепчет она мне в губы, — ты еще не видел большого парня.
Я рычу на нее.
— Серьезно, Роман? — Она снова целует меня. — Теперь звуки животных? Что подумают люди?
— Люди могут идти к черту.
