Жанр
Занятия завершились, а corridor наполнился густым табачным дымом и разговорами студентов. Я вступила в это шумное море живых тел, стремящихся вырваться на свежий воздух. Но даже мой крик "Яра!" не оставил мне места. Я повернулась — и вздохнула, пряча недовольство за довольную улыбкой. Теперь придется задержаться....
— Типер ни жэнишса?
— Чи-иво? — искренне возмутился Риннард.
— Из за миня ни жэнишса гаварю невеста жэнщина с рибёнкам! Мама миня ни бросит! ВОТ!!!
Коршун прыснул, прикрыв губы ладонью, и расхохотался, выплескивая нервным смехом оставшиеся сомнения. Потом кинулся ко мне, сметая стулья, заключил в объятия и принялся целовать, перемежая поцелуи ласковыми словами и вопросами:
— Ярочка! Ты мне отказывала из-за Феди? Боялась что я не приму твоего… сына? Потому что он фликус? Но я не против! Он реально разумный и замечательный! Кто бы мог подумать! С ним мы еще побеседуем, ты главное скажи: согласна стать моей женой?
Я опешила от напора, а Риннарду, мешая целоваться, по лицу захлопал альбомный лист с очередным перлом.
— Ты ни будиш убираца! Условие! Маё!
— Чего? Ты ставишь мне условия? — обалдел жених от наглости моего приемного сына серьезно восприняв только одно слово.
— Федя не хочет, чтобы ты убирался по дому, — быстро объяснила я действия своего шалуна.
Любимый внимательно посмотрел мне в глаза, убеждаясь, что я не шучу и неопределенно пожал плечами.
— Ой, не знаю, не знаю, — задумчиво протянул Коршун, видимо уже всерьез воспринимая фликуса как ребенка. — Обычно меня хлебом не корми, дай убраться. Только ради этого и спешу домой.
Я умилилась и за эту фразу полюбила Риннарда еще больше. Он поверил мне! Более того — он умеет ладить с детьми! Сразу подход нашел."
"Федя, когда ему надо, писал быстро.
— НЕТ! убираца буду я! Ты будиш пахат и насит нам денюшки условие!
В этот момент я готова была провалиться сквозь землю. Так заложить мать! Детская непосредственность, фликус ее пожри, поглоти и побери! Корыстная семейка. Риннард медленно вник в смысл корявой фразы и расхохотался уже от души.
— Ладно, я готов пахать и носить денежки. А ты не будешь мешать мне целоваться. Условие на условие. Целоваться то можно?
— Цылаваца можна убираца нилза!
— По рукам! Все не мешай, — Риннард отмахнулся от навязчивой бумажки и с задорной улыбкой посмотрел мне в глаза.
— Согласна, — не стала ломаться я, хихикнула и спрятала лицо на груди самого лучшего мужчины на свете.
Я знаю, что Федя хороший и полюбить его легко, но с первого знакомства! Поверить мне и легко принять новость о разумности фликусов. Теперь, кажется, я поверить не могу.
