Я могу прогуляться босиком по траве, но по нагретым солнцам плитам городских улиц или по каменистым горным тропам мне слабо. Впрочем, пересечение речушек вносило приятное разнообразие. Вода в них очень холодная. Может быть, так кажется потому, что в сапогах ноги перегреваются. В любом случае она освежает, тонизирует, снимает усталость. Мне даже хочется порой так и стоять посреди речушки, а не торопливо переходить ее, быстро обуваться и бегом догонять отряд.
Для меня до сих пор остается загадкой, откуда в горах берется вода? Нет, я теоретически подкован, знаю, что на камнях ночью при понижении температуры конденсируется влага из воздуха, но все равно кажется странным. Такая же ситуация у меня была и с электричеством. Я знал, что это электроны движутся по проводам. При этом их скорость ниже, чем у улитки, а ток передается со скоростью света. Из-за этого складывалось впечатление, что мне что-то недоговаривают, потому что и сами не знают."
"Мы вышли к месту засады, когда мимо нее проходил большой отряд. Пропустили его, потому что не были готовы к бою. После чего заняли позиции на обоих склонах. Я проинструктировал лучников, что в случае атаки противника стрелять надо в тех, кто карабкается на противоположный склон и спиной к тебе. Тех, кто лезет к тебе, перебьют коллеги с другого склона, которым помогаешь ты.
Ждать пришлось недолго. Из-за поворота появился отряд человек в сто. Они были нагружены узлами. Наверное, собрали всякую дешевку в крестьянских домах, которую хозяева даже не сочли нужным спрятать. Серьезные воины таким заниматься не будут. Вел их довольно рослый тип с длинными стройными ногами. Такими только по подиуму вышагивать. Правда, рекламировал он всего лишь набедренную повязку, когда-то черную, а теперь застиранную настолько, что стала светло-серой с более темными пятнами и полосами, и кожаные безрукавку, тоже далеко не новую, и шапку с высокой тульей, помятую так, будто ей недавно играли в футбол. На кожаной портупее висел в деревянных ножнах кинжал длиной сантиметров сорок и рукояткой из оленьего рога. На правом плече нес копье с наконечником из, если не ошибаюсь, расколотой напополам бедренной кости быка или мула. Кожаный щит висел за спиной. На чернобородом лице предводителя было столько гонора, сколько не снилось трем шляхтичам. Мою стрелу он заметил в самый последний момент и успел лишь еще выше вскинуть подбородок, словно наделся бородой подбить ее снизу и перекинуть через голову. Стрела попала ему точно в ноздри. В какую именно — я не разглядел. Выйдя из черепа где-то в верхней части затылка, приподняла там шапку. Краем глаза, стреляя по другим врагам, заметил, как предводитель грохнулся плашмя, так и не выронив копье, придавив его своим телом.