На всякий случай я выслал дозоры на восток, на два дня караванного пути, но пока о хеттах не было ни слуху, ни духу. Догадываюсь, что им сейчас не до помощи кому-либо, отбиться бы самим от бывших вассалов каска, которые живут на южном берегу Черного моря. Жители Апаша об этом не догадываются, спят спокойно.
Нет, проснулись. Орут возле ворот, выходящих к берегу моря. Там нес службу самый большой отряд, потому что напротив этих ворот был главный лагерь моего войска. Стражники выполняли свои обязанности, как выяснилось, добросовестно. По крайней мере, они увидели отряд моих воинов, который шел к ним уже внутри города. Насколько близко подпустили, выясним позже. Сейчас у нас у самих намечается сражение.
В центре Апаша сразу три храма. Один местному богу моря, второй — богине плодородия, а третий — главному хеттскому богу грозы Тешибу. Последний был вытесан на передней каменной стене храма: ехал на колеснице, запряженной парой волов, и держал в левой руке топор, а в правой — молнию, похожую на ветку дерева без листьев. Под изображением бога постоянно горел костер в каменной чаше, возле которого дежурил храмовый служитель. В отблесках костра бог казался окровавленным и грозным. По обе стороны от него было вытесано по двуглавому орлу. Видимо, эти орлы доживут до византийцев, а от них перелетят в Россию. С четвертой стороны площади находился дворцовый комплекс правителя, состоявший из четырех зданий и внутреннего двора. Как и храмы, выходил на площадь длинной стеной главного здания, но, в отличие от них, не имел в ней окон, только дубовую дверь высотой метра три и шириной всего один. Наверное, так было удобнее защищать вход в здание. Слева от двери к стене была прилеплено одноэтажное строение из сырцового кирпича, в котором нес тяжкую службу, громко храпя, отряд из дюжины стражников. Мы бы перебили их спящими, если бы храмовый служитель не заметил нас и не завопил. Он взвыл на одной ноте, очень высокой, на какую редко способен нормальный мужчина. Сейчас кастрировать не принято, разве что насильников перед смертью, но, как мне рассказали, у хеттских служителей культа встречаются самооскопленные. Таким кардинальным способом они избавляются от главного искушения. Или, как заднеприводным, передний им ни к чему."
"Стражники мигом проснулись и похватались за оружие. Не все готовы спросонья вступить в бой. Особенно, если видишь, что врагов намного больше, что шансов победить нет. Наверное, многие стражники все еще надеются, что им снится кошмарный сон.
— Сдавайтесь, — тихо говорю я. — А если поможете войти внутрь, отпущу всех.
— Мы сдаемся, — опустив короткое копье, так же тихо произносит один из них, видимо, командир.
Остальные следуют его примеру.
— Боги покарали нас за нарушение клятвы.