Нас больше нет — история двух молодых людей из разных уголков мира, склоняющихся друг к другу во имя страсти и предательства. Лера и Леша проводят редкие встречи в отелях, где их связывает только похоть и неформальные игры, пока темная тень не затмевает всю радость их недолгих свиданий....
Или уже соблазнила… Долго он как-то, десять раз салатник туда-сюда можно было принести.
Злость на Давила была настолько сильной и неожиданной, что я в какой-то момент задалась вопросом: какого черта я делаю? Заставила себя сесть на стул и взять в руки телефон, чтобы дописать письмо. Правда, стул пододвинула к окну. Здесь воздух свежее.
Спустя где-то полчаса во дворе показалась фигура Давида, и я сразу же сбежала в свою комнату.
— Лер, идем, покажу тебе кое-что, — послышалось у моей двери.
— Да чего я там не видела? — буркнула себе под нос и притворилась, что не слышу его.
"Катьке своей пусть показывает.
— Лер, я знаю, что ты не спишь. Выходи.
— Ты можешь просто исчезнуть? — мой голос звенит от раздражения.
— Покажу кое-что и сразу же исчезну. Не переживай. Дорога уже подсохла. Идем, тебе понравится.
Я делаю глубокий вдох. Давид точно надо мной издевается.
Резко тяну на себя дверь и встречаюсь с его насмешливым взглядом.
— Быстро ты как-то с Катькой справился. Годы дают о себе знать? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.
— Это она просто такой шустрой оказалась, — не отрицает их связи Давид. — Идем.
Он движется к входной двери, не оборачиваясь, уверенный в том, что я последую за ним. Я бы послала его к черту, если бы знала, что это сработает. Но он слишком упертый. Поэтому в данной ситуации лучше сделать, как он просит, чтобы побыстрее свалил.
На пороге стоит бутылка с молоком, Давид поднимает ее и обходит дом. Я следую за ним молча, скрестив руки на груди, тем самым выражая свое отношение к его компании.
Меня раздражает абсолютно все. И оса, что кружит вокруг меня, и лай соседской собаки, и эта самоуверенность Давида. А еще то, что я пытаюсь найти на нем следы их с Катей связи. Царапины там от ногтей, засосы. Готова даже уткнуться носом в его грудь, чтобы проверить, нет ли на нем аромата ее духов. Не должна у меня их связь вызывать такой реакции.
Давид резко замирает перед лестницей, ведущей на чердак. Поворачивается ко мне.
— Полезай первой, я подержу, она совсем ненадежная, — кивком указывает вверх.
— Эм, ты шутишь? Или хочешь запереть меня на чердаке, чтобы вам с Катей развлекаться в доме не мешала? — вновь не могу сдержаться, чтобы не вспомнить бывшую подругу.
— Хочешь, я вперед полезу? — предлагает он, игнорируя сказанное мной.
— Нет, держи лестницу. — Я решительно сжимаю пальцами тонкие деревянные перекладины и ставлю ногу на первую ступеньку.
Черт, и в самом деле хлипкая до ужаса.
