Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
Как сообщить, что второй его любимый человек на самом деле монстр? А еще больше — пугалась, что правда разрушит наше доверие.
Жутко было. Поэтому приходилось воровать. Вначале, пока сын принимал утром душ, электронные часы. Потом телефон. А перед выходом из квартиры — планшет.
Никогда не чувствовала себя так паршиво. С одной стороны напряженный Денис, на которого внезапно свалилась новость об отцовстве. С другой — мой мальчик. Он еще не приобрел нового отца. Не потерял прежнего, но лишился с ним связи и остался в полной неизвестности.
Даже думать было страшно, как придется справляться с этими двумя в изоляции, далеко от города. На нервах меня немного трясло. Мысли сбивались. И, если бы не Денис, который взял на себя роль буксира, я вряд ли бы справилась с дорогой, магазином и перелетом.
— Моя секретарша заказала готовую еду. Она уже в морозильной камере. Должно хватить дня на три. Но, если ты чего-то захочешь, только скажи, — после небольшой экскурсии по загородному дому сообщил Шахов.
— Не нужно было.
Хорошо хоть свидетелей этого позора не было. Вертолет с начальником службы безопасности улетел. Двое охранников расположились в отдельном домике для прислуги. А Тимур изучал музей компьютеров, который устроил на втором этаже хозяин.
— Как ты себя чувствуешь? — Денис проигнорировал мои слова. Вместо этого осторожно взял руку и переплел наши пальцы."
"После долгой дороги и вообще всего того, что было между нами за последние дни, это был такой непривычный жест, что я растерялась.
— Всё хорошо, не беспокойся.
Не стала вырывать руку. Вопросов было еще много, но мне почему-то нравилось чувствовать его рядом.
— У Тимура тоже?
— Он наверху. Сказал, что здесь интересно.
— Больше ничего? — Денис нахмурился.
— Я еще не говорила с ним о Славе, — созналась. — Понимаю, что нужно это сделать. Для его же безопасности! Но каждый раз, как подумаю, что придется открыть... Страшно.
— Он, конечно, очень горячий и настойчивый. Но сообразительный.
— Ты уже заметил? — Я почувствовала, как к щекам приливает кровь.
— Как в зеркало постоянно смотрю.
Свободной рукой Денис коснулся моего лица. Кончиками пальцев прошелся по скулам. Очертил губы. И взял за подбородок.
— С рождения таким был. Я мечтала тебя забыть, а брала его на руки — и понимала, что не выйдет.
— Сильно расстраивалась?
— Думаешь, это возможно?
Безумно хотелось спрятать глаза.
