Автор
Среди брошенных домов и разрушенных улиц Артем привычным движением поднимается на свой этаж. Внезапно он замечает окна соседа, мерцание которых напоминает о жизни — единственном свете в этом безжизненном городе. Ваше прикосновение к звонку вырывает тебя из состояния апатии, внедряясь прямо в сердце этих холодных стен и отраженного света....
Изначально знал, что Кристина выходит за меня замуж не по любви, а преследуя какие-то свои неведомые цели. Но каждый день мы становимся чуть ближе. Вижу, чувствую, как она оттаивает, смотрит на меня по-другому. Каждый день маленький шаг навстречу. Жду, ничего не требуя. Хотя чертовски хочется взаимности полной, безоговорочной. Не тороплю ее. Напором с ней не выйдет. Знаю, уже пробовал и не раз.
Терпения бы только хватило, а то все чаще хочется схватить ее, зажать в углу и… Не знаю что «и».
Отвозим Машу, и едем домой.
Нашкодившей кошкой пробирается в душ, отвлекая от тяжёлых дум. Обхватывает торс руками, прижимается всем телом, чувствую лёгкий поцелуй. Смятение, сомнения отравляющие душу исчезают. Наполняет ощущение правильности происходящего.
Невольно улыбаюсь, хоть и пытаюсь это скрыть. Меняется девочка, ещё не совсем моя, но уже и не чужая. В какие бы игры она не играла, мы двигаемся в нужном направлении.
Виснет на шее, чувствует что налажала, поэтому подлизывается. В такие моменты забавная, и нет сил сдержаться. Притягиваю к себе, прижимаясь губами к белой макушке. Люблю ее.
Собираюсь провести серьезную беседу, но слышу ее грудное, игривое:
— Кто-то рад меня видеть?"
"Конечно, рад, о чем и свидетельствует член, упирающийся ей в бедро.
Тьфу, блин, предатель! Такой воспитательный момент, и псу под хвост!
Кристинка уже полчаса сидит в ванной.
Бесцеремонно заглядываю внутрь и вижу чудесную картину. Тинка стоит, привалившись задом к стиральной машине. Нахохлилась, обхватив себя руками, и мрачно смотрит в зеркало.
— Ты чего?
Поворачивает по мне свою недовольную физиономию, и я ясно вижу, что поездка к Машке на дачу не прошла мимо.
Здравствуй, ветрянка!
Кристина недовольная, ворчит, ругается, а я лишь улыбаюсь.
Пришла ее врачиха, провела осмотр, подтвердила диагноз.
Тинито в глубокой печали, а у меня в голове коварный план. В пол уха слушая ее ворчание, открываю зелёнку и, радуясь, что не видит моего лица, начинаю творить.
Узнает — убьет.
К счастью, Тинка старательно избегает столкновений с зеркалами, поэтому мои художества остаются незамеченными до самого конца.
