Автор
В окружении родных суеты и беспокойства, Саша чувствует себя необычайно спокоен. Он знает, что это временная драматичность на фоне будущего изменения в их жизни: его наш папа — прокурор, решительный и строгий, но всегда готовый помочь. Атмосфера напряжена, но надежда тихо звучит внутри Сашы, а любовь к семье – это нечто большее, чем просто усталость или тревожность....
– Я год как потеряла мужа, осталась одна с маленьким ребенком. Денег едва хватало на нас двоих с Викой. Брат иногда помогал. А потом эта авария. Взять второго ребенка, я… я просто бы их не прокормила. Помощи не было ни от кого. – Вытирает платком глаза. Сейчас, может, и сожалеет, но тогда. – Это было страшно. Я осталась одна, без мужа и брата. Я боялась. Просто по человечески боялась взять ответственность за эту девочку. Оставила ее в детском доме. Не думайте, что просто было. Я не спала, мучилась. Мне стыдно было, но все мои советчики говорили, что я правильно делаю.
– Вы свой выбор когда-то сделали, теперь оставьте ей теперь сделать свой.
– Сначала надо ее найти.
– А если через документы найти, кто ее удочерил? По запросу прокурора могут многое сказать.
– Там, как всегда, что-то потерялось, что-то перепутали и я зашла в тупик. Вышла на одну семью, а там другая девочка.
Я перебираю фотографии, на одной из них мальчик с похорон взят крупным планом. Варя как-то делала своему брату ролик с детскими фотографиями. Ну вот там был точно такой же мальчишка. Один в один, как этот. Еще раз ищу фотографию его отца крупнее. Как будто похож на отца Егора, а как будто и нет. И качество подразмыто, без фокуса на нем, но и сходство есть.
Да какая вообще может быть связь между ними? Они живут в разных городах, но оба связаны с акушерством.
Варе два года назад исполнилось двадцать лет. Сейчас двадцать два. Отнять срок давности тех событий. Ей было было года два-три.
Как и той девочке. И Варя ноябрьская.
Да нет, это бред. Я их столько лет знаю, Варя – родная сестра Егора. Я никогда не слышал, чтобы кто-то сказал, что это не так. Ия могу просто ошибиться. Мало ли похожих друг на друга людей.
– Точно не осталось никаких дневников и записей? – уточняю на всякий случай.
– Все вещи полиция тогда забрала и не вернули ничего.
– А во всех книгах, что после него остались, – дополняет Вика, я проверила, там ничего нет.
– Я заберу эти фотографии, потом верну через Вику, – собираю снимки, которые заинтересовали, – давай съездим в тот центр, где твой дядя работал, хочу посмотреть на это место. Вы знаете, чем занимался ваш брат?
– Да говорил всегда, что в лаборатории работает.
