Автор
В окружении родных суеты и беспокойства, Саша чувствует себя необычайно спокоен. Он знает, что это временная драматичность на фоне будущего изменения в их жизни: его наш папа — прокурор, решительный и строгий, но всегда готовый помочь. Атмосфера напряжена, но надежда тихо звучит внутри Сашы, а любовь к семье – это нечто большее, чем просто усталость или тревожность....
– Мгм, – откашливаюсь и пересматриваемся с Саней. – Так а что не соответствует?
– А сначала родились эти клоны, – кивает на сестер, – а потом вы с мамой расписались. Я расследование провел.
И эти красавицы, тоже все губы поджали и смеются.
– В кого он у нас такой умный? – спрашиваю у Саши.
– В тебя, – смеется Саша. -- Расследования это по твоей части.
Но все притихли, ждут, что я отвечу. Хотят послушать про прокурорские осечки.
– Я просто очень сильно любил вашу маму, поэтому вы родились раньше. Но лучше, по энциклопедии.
– Ну мы же хорошие получились, тогда что в этом плохого? – Маринка блин.
– А то что нам с мамой было не по шестнадцать лет. Да, бабушки и дедушки ваши помогали, но зарабатывали мы уже сами. Поэтому вам нельзя. Все! Еще вопросы есть?
– Пап, мы играем в следующую пятницу после обеда, первая игра на соревнованиях. А ты придешь? – Димка прижимает к себе мяч и мнется.
– В пятницу?
– Да.
– Когда много работы? – Поджимает губы и кивает. Не надеется уже. Но и отказать нельзя.
Есть у нас одно правило. Если хочешь, чтобы папа пришел – сообщи за неделю, как минимум. И я стараюсь выполнять свои обещания.
– Идите сюда, – киваю им и все отмирают. Обнимают и разбегаются по дому.
Чтобы не натворили, они знают, что я люблю их. Не ругаю, но лекцию проведу. А еще знают, что мне нельзя врать. Никогда. Я проверю все и, если кто-то наврал, будет хуже.
– Юр, – Саша прижимается ко мне и опускает голову на плечо, – знаешь, что подумала?
– М…
– Хорошо, что я тогда тебя послушала и ребенка оставила.
– Конечно, хорошо. А что?
– Так, подумала, что они классные выросли.
– Ты еще об одном думаешь?
– Нет. Рожать я уже точно не хочу.
– Можно не рожать, усыновить или удочерить.
– Домбровский, куда в тебя столько лезет? У тебя уже четверо.
– Пару лет, тыковки наши раскатятся, кто куда. Останется только Дима. А он такой получился добротный, что с ним хлопот мало. Его тоже быстро кто-то приберет к рукам.
Саша поднимает голову и смотрит на меня внимательно. Пытается оценить серьезность моих слов. Но я вообще редко шучу таким.
– Мне надо подумать. – Шумно сглатывает, а я притягиваю ее назад. – Знаешь, с твоими запретами и правилами, может, ты и прав, внуков нам еще не скоро видать.
– Ой да ладно, вот увидишь, Маринка первая выйдет замуж. Будут тебе внучки и внуки. И молись, чтоб не три сразу.
– Сплюньте, товарищ прокурор."
