Автор
В окружении родных суеты и беспокойства, Саша чувствует себя необычайно спокоен. Он знает, что это временная драматичность на фоне будущего изменения в их жизни: его наш папа — прокурор, решительный и строгий, но всегда готовый помочь. Атмосфера напряжена, но надежда тихо звучит внутри Сашы, а любовь к семье – это нечто большее, чем просто усталость или тревожность....
Тебе соберут бригаду из акушеров, детских врачей, реаниматологов, весь комплект в трех экземплярах. При самостоятельных родах высокая вероятность смертности и патологий.
– Ладно. А если вдруг само начнется?
– Вызываешь скорую, едешь по этому адресу, я в обменной карте указала. Они знают, что делать в таких случаях. Карту, главное, не забывай, всегда носи с тобой. Даже в туалет.
– Я поняла, хорошо, – усмехаюсь.
– Но это на случай, если что-то пойдет не так.
– А можно, чтобы на операции присутствовал посторонний человек, не из перинатального центра? – Смотря кто.
– Валерий Андреевич, – говорю про нашего заведующего, – мне было бы спокойней, если бы он был.
– Ну, это надо с ним договариваться.
Для нее он начальник, для меня Валера – друг и коллега.
– Я поговорю сама, а вы можете узнать в центре?
– Хорошо, Саш, я договорюсь.
Иду к Валере, от Ромы падает сообщение: “Буду через 20 минут”.
Двадцать минут как раз хватит, чтобы поговорить с Валерой.
– Саша, проходи, как себя чувствуешь? – Валера откладывает все дела, провожает меня к креслу.
– Хорошо, уже готовлюсь стать мамой. – Улыбается довольно. Сам ощупывает живот. – Устала с этой тыквой ходить.
– Представляю.
– Валер, хотела попросить. Анна Ивановна уговаривает делать кесарево, ты можешь быть на операции? Мне так будет спокойней.
– Конечно. Заранее только скажите дату, чтобы я отменил все.
Выдыхаю. Одна проблема минус.
– Еще что-то беспокоит? – Садится на край стола напротив меня.
– Еще… Домбровский вернулся.
– Егор говорил, я знаю. Юра хотел заехать сегодня ко мне.
Вот черт. Не хватало еще и тут встретиться.
– Не говори ему.
– Саш…
– Не сейчас. Это ничего не решит. Дайте мне доходить спокойно, без нервов. Потом все.
– Он знает про беременность?
– Да, мы виделись.
– То есть, если он меня спросит, я должен врать?
– Скажи, что не знаешь.
– Это не правильно. Я знаю, что это такое, сам был в похожей ситуации.
– Я потом расскажу. Обещаю. Но когда все будет позади.
– Хорошо. Ради тебя, но ты должна рассказать.
– Обещаю.
Я перелистываю карты. У Валеры все есть, в том числе медкарты на всех друзей. Нахожу Домбровского. Его карточка самая узкая. Там вообще последние записи в этом году сотрясение и давление. До этого только плановые медосмотры. Врожденных болезней нет. Здоров. И плодовит. Фотографирую отметку с группой крови.
