В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
Основное направление – пятак за мостом – находилось практически полностью в секторах двух первых групп, причём группе № 1, которая расположилась слева от дороги, досталось две трети всех огневых задач. В эту группу входило восемь человек, и возглавлял её лично командир товарищ Плахов. Группа № 2, прилёгшая справа от дороги в составе четырёх бойцов, перехватывала оставшуюся треть задач, а нашим вообще достался стометровый участок дороги, уходящей в посадки, и смехотворно хилый фрагмент основного направления – узкая полоска на правом фланге.
То есть, если «каскадовцы» отработают на пятёрочку, Петрушину, Васе и Серёге стрелять вообще не придётся. Потому что удирать в тыл будет уже некому, а тот, кого должны оставить в живых, мишенью не является.
На такое неравноправное распределение обязанностей никто не обижался. «Каскадовцы» в большинстве могли бы, в принципе, справиться и своими силами, а совместно с нашими хлопцами они никогда не работали. Серёгу, правда, знают (вне команды наш лейтенант – эксперт-аналитик северокавказского отдела ГРУ), но в деле с ним не были.
У каждого бойца при себе были размноженные накануне фото «неприкасаемых» и строгое указание: вот этому, который помоложе (объект № 1), при ретираде не чинить никаких препятствий.
В 12.05 Лаптеву на мобильный позвонил Аликпер… Да-да, именно Аликпер, а не Сейфуль. Вчера он лично прибыл на встречу в «Азамат» – то ли не понадеялся на своего помощника, то ли просто счёл необходимым лично встретиться с полковником.
