В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
А вскоре и остальные увидели пулемётчиков – они вообще не прятались, вышли в полный рост, встали на бугре и стали осматривать местность, приложив ладони к бровям.
– Вот наглецы, – пробормотал Петрушин. – Нас высматривают. Серый – сканер!
– Уже, – шёпотом ответил Серёга, надевая наушники радиочастотного сканера.
Пулемётчики осмотрелись, пожали плечами. Один достал из кармана рацию. В Серёгиных наушниках запищал нисходящий тон автоматической настройки, почти сразу послышался диалог:
– …ху ду цига?
– Хум дац…
Диалог прервался, пулемётчики опять стали осматриваться, тот, что с рацией, достал бинокль.
– Хума карийни хум?
– Хум дац… Цаа хум ца го. Цаа хум цахез.
– Ну и заеб…сь! Давай, моссу хяна.
– Со кята, амир…
Пулемётчики неспешно легли и принялись возиться, втыкая перед собой срезанные ветки – маскировались.
– И что говорят? – не выдержал изнемогавший от любопытства Вася.
– Серый, что говорят? – передал по цепи Петрушин.
– Как обычно, – пожал плечами Серёга.
– Почему ругается? – насторожился Петрушин. – Что-то не так?
– Нет, всё так, – Серёга хмыкнул. – Ругается, потому что доволен.
– И чем доволен?
– Нами. Вернее, омоновцами. Пулемётчики нас не обнаружили. Говорят, ничего не видно. Ничего не слышно. И вообще – ничего.
– Ну и зашибись, – порадовался Петрушин. – Уж как мы, «омоновцы», довольны, что вы довольны… Ты как?
Вопрос был уместен. Серёга отправился на операцию в бинтах, утром Петрушин видел, что он принимал таблетки.
– Я в норме, – обнадёжил Серёга. – Нагрузки нет, метаться не надо. Лежи себе и смотри, может, даже стрелять не придётся. В общем, справляюсь…
* * *В 14.45 со стороны Петропавловской показалась кавалькада – четыре импортных внедорожника на большой скорости шли к каналу, держа между собой короткую дистанцию.
– Так и не вылезли, уроды, – сокрушённо пробормотал Петрушин, снимая со ствола «ВАЛа» полиэтиленовый пакет. – Ну ничего, сейчас повеселимся…
«Духи» тотчас же отреагировали на появление противной стороны. Из посадок выехали три одинаковых джипа «Чероки» и развернулись к каналу задницами. Первые два встали на «лысом» пятаке, один – метрах в пятнадцати от моста, заехав колёсами на правую обочину, второй – метрах в десяти от первого, на левой обочине.
