Автор
В мире домашнего уюта и рутинной жизни соседи несут приключения в лице молодого парня с детьми. Здесь нет шокирующих сцен, но зато есть изысканный трепет вокруг маленьких человеческих слабостей и взаимопроникновений. Холодная зимняя ночь превращается в легендарную историю благодаря случайным встречам и беседкам в общей полутьме....
Ему казалось иногда, что он оставляет себя истинного где-то дома, словно сдает на хранение, а на улицу выходит другой человек – с холодными глазами, пружинистой походкой, подобранный, осторожный и предусмотрительный, готовый к жесткой обороне и изнурительной борьбе. Не он, кто-то другой. Ну а если образно – то ему казалось, что он надевает пластмассовые белые детские челюсти с клыками из магазина, где продается подобная ерунда.
Итак, из прошлого: ему было шесть лет, когда мать задумала уйти от его отца.
Однажды отец долго собирал чемодан в спальне – мать сидела на кухне и курила.
– Вот и все, – бормотала она. – Конец нашей семейной жизни. Вот и все.
Ему хотелось вырваться из ее плотных объятий и что-то спросить. Но он не посмел. Тогда она сама посадила его на маленький, расписанный под хохлому детский стульчик напротив себя и уже спокойно и четко объяснила ему ситуацию.
– Мы разошлись с твоим отцом, сынок. Ну, так сложилось. Ты уже взрослый человек (Господи, это ему-то, шестилетнему ребенку) и должен нас понять. Так бывает. Бессмысленно жить вместе, если уже ничего друг с другом не связывает. Хотя, нет, конечно, я конченая эгоистка! Ты, и только ты, нас связываешь.
Он кивнул, почти ничего не понимая. А мать продолжала бормотать:
– В общем, невозможно стало вместе жить, сын. Ты потом поймешь меня, я уверена, а сейчас просто прости и прими на веру. Я знаю, что делаю тебе больно, но дальше было бы еще больнее.
