Автор
Я оплакивала тот момент, когда все шло по-настоящему хорошо, и теперь мы с Ником стоим на переправе между прошлым и будущим. Атмосфера этой книги наполнена слезами прошлого и надеждой на новый начало — как в тихом ущелье, где каждый шаг означает отступление от обреченной памяти....
– Надеюсь, тебя никто не слышит, – нервно прокомментировала я.
– Я в своей квартире, в своей комнате, в той же постели, где ты разделась, чтобы свести меня с ума, помнишь?
Я зажмурила глаза, да, конечно, я помнила Николаса между моих ног, целовавшего и облизывавшего меня, ведущего себя грязно и развратно. Тогда мы были эмоционально разбиты, но я ни на что не променяла бы тот момент…
– Вернись, Ник, – сказала я, после чего на другом конце провода повисло молчание.
– Что?
Я улыбнулась, глядя в потолок, нервничая и крепко прижимая телефон к уху.
– Вернись ко мне.
– Ты серьезно?
– Я очень хочу, чтобы ты был со мной каждый день, хочу целовать тебя и обнимать. Я хочу, чтобы ты вернулся, и Мини-Я тоже этого хочет.
Он рассмеялся.
– Я сяду на самолет, как только смогу, и сделаю с тобой все, что придет в твою маленькую головку.
Я закрыла лицо одной рукой, пытаясь скрыть радость и смущение. Да, я думала кое о чем.
– Кстати, о Мини-Я… Я придумал имя.
– Да? Правда? – Это застало меня врасплох.
Я неосознанно коснулась живота.
– Да, я скажу его, как только мы увидимся, хотя, если тебе не понравится, мы вместе придумаем другое. Наверняка у тебя уже есть несколько на примете…
Я покраснела, когда поняла, что ни разу даже не подумала об этом.
В конце мы попрощались словами «Я люблю тебя» и обещанием увидеться. Воссоединение будет особенным, потому что мы наконец будем по-настоящему вместе… Я умирала от желания поцеловать его, принять все, что он хотел со мной сделать, все, что хотел дать мне.
Наконец-то я была готова начать с нуля.
45
Ник"
"У меня было много проблем в компании. Поступали жалобы на увольнения, демонстрации также начали проходить в штаб-квартире в Нью-Йорке, и последнее, что я мог сейчас сделать, это сказать, что уезжаю. Я не рассказывал Ноа, что происходит, потому что не хотел, чтобы она волновалась, но боялся, что мое возвращение в Лос-Анджелес состоится позже, чем нам хотелось бы.
Быть вдали от нее стоило мне очень дорого. Я сводил Стива с ума, когда по нескольку раз на дню звонил ему и спрашивал, поела ли Ноа, во сколько проснулась, как выглядела… Я был одержим тем, что с ней происходит. Боялся, что пресса узнает, что она беременна, и каждую чертову ночь просыпался от одного и того же кошмара, в котором Ноа теряет ребенка и умирает при родах.
