Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Зашел за обгоревший остов дома, зарядил штуцер. Когда оружие к бою готово, чувствуешь себя увереннее. Все же он солдат, а не охотник на пернатую дичь. Уже день прошел не зря. Из армии Наполеона минус один офицер. Судя по тому, как упал француз, было ясно – наповал. Алексей много раз видел, как падает пораженный пулей или осколком человек. И уже мог отличить – ранен, даже тяжело, либо убит.
Присел на бревно. Карты города нет, а старинная Москва отличалась от современной. Кроме того, он не знал, где расположились воинские части французов. Если судить по записям историков, в южной и юго-западной части города. Алексей в любом месте всегда старался определить свое местоположение на местности. Каждый раз получалось, а сейчас он хоть и в русском городе, а затруднительно: после пожаров не все старожилы смогли бы понять, ибо сгорели кварталы. На месте пожарищ только печные трубы.
Сзади раздался шорох. Алексей с положения сидя рванулся вперед, упал, перекатился на спину. Очень вовремя! Потому что сзади подкрался мужик и ударил топором по месту, где только что сидел Алексей. Вид у мужика звероватый, бородой на лице зарос по самые глаза. Топор за топорище дергает, а лезвие глубоко в бревно вонзилось. Алексея даже передернуло: не опереди он мужика, располовинил бы его.
– Эй, ты чего? С глузда съехал?
Мужик в удивлении глаза выпучил:
– Не пойму я – ты русак или француз? Форма-то на тебе чужая.
– Русский. Переоделся вынужденно.
Мужик все же выдернул топор, сунул топорищем за пояс. Одет как горожанин на тяжелых работах – амбал, плотник, кожемяка. Ладони широкие, мозолистые и в плечах широк.
Алексей поднялся. Сейчас, во французской униформе, он для своих чужой, как и для французских солдат. Знал бы язык, можно было какое-то время обманывать те же патрули.
– Ты кто такой? – спросил он мужика.
– Матвей Завенягин, лесогон я.
Ага, плоты по рекам сплавляет. Но тогда он не москвич, а с северов русских – архангелогородец, пермяк, а то и из Сибири.
– Меня Алексеем звать. Ты как в Москву попал?
– Как прослышал о наборе в ополчение, так на лодку – и поплыл. А из Москвы уже бегут все. Я не для того плыл, чтобы назад возвертаться.
– Ага, партизанить решил.
– Можно и так сказать.
– И где же обосновался?
Стережется, не хочет перед незнакомцем убежище свое открывать, да и то правильно.
– По-царски, ветчиной. Только хлеба нет.
И захохотал, показывая крепкие зубы.
Дошли до усадьбы. Как только Алексей подошел к дому, из него выбежали два мужика и кинулись убегать.
