Конечно, часть французских офицеров убита или ранена, командовать некому, солдаты деморализованы отступлением, холодом, голодом, и нет мотивации, как у русских. Русские воюют за свою свободу, за империю. У французов такой мощной моральной опоры нет. Если только за трофеи, так они уже многими брошены на дороге. Еще есть ценности в обозах, но они принадлежат офицерам, да и то не всем, только тем, кто в высших чинах и должностях. Издавна так. Королю или царю любая успешная война приносит земли и славу, генералам деньги и трофеи, а солдатам только то, что уместилось в ранце, если повезло выжить в кровавой мясорубке. Давно замечено: чем дальше от передовой, в тыловых подразделениях или штабах, тем больше шансов получить награду и вернуться домой. Солдаты – лишь пушечное мясо. И у убитых на Бородино, и дальше, на запад, могилы неизвестны, и родные в неведении – где и как погиб, где похоронен. И, как на Бородинском поле, трупы уже давно не жгли, но все же бывали и такие случаи. Так что и братской могилы не досталось, пеплом тела разлетелись над чужой стороной.
Партизанские отряды можно было разделить на два типа. Одни были образованы самостийно из местных жителей наиболее инициативными гражданами. После ухода французов отряды распались. И были «летучие отряды» из армейских кавалеристов, казаков, действующих в тылу врага. Наиболее известным из них был Денис Давыдов. Начинал с малого, Кутузов разрешил Давыдову взять для отряда 50 гусар и 80 казаков. Но с каждым днем отряд его разрастался за счет бежавших из плена русских солдат и офицеров. Между Можайском и Тарутиным действовали полковник Вадбольский, капитан Сеславин, поручик фон Визин. К северу от Москвы бил французов отряд Винцингероде. Капитан Фигнер – в ближайших окрестностях города.
Кстати, после войны много пленных французов осталось в России, стали гувернерами, воспитателями в богатых домах, учителями французского языка. Число пленных превысило двести тысяч, но число оставшихся неизвестно. С русскими пленными армия Наполеона поступала жестоко: морили голодом, расстреливали, держали в голом поле, и многие замерзли насмерть. Особой жестокостью к пленным отличался польский корпус Понятовского. Видимо, мстили за поражения поляков в Смутные времена. И поляки шли в армию Наполеона добровольно, в отличие от испанцев или итальянцев.
От Москвы до Немана путь французов составил долгие 1200 верст. Коммуникации растянуты, обеспечить безопасность на каждой версте невозможно. И пока шли солдаты разгромленной армии, умирали от переохлаждения, от голода, их убивали партизаны. У кавалеристов ситуация не лучше: лошадей кормить нечем, их забивали, мясо съедали. Последний солдат разгромленной армии покинул границы Российской империи в канун Рождества Христова.