Автор
В беседе Эмиль внезапно напоминает о разводе, что заставляет героиню вспомнить свою крепкую связь с ним. Она чувствует себя узурпированной, но не может бежать от пристального взгляда мужчины, который верит в ее принадлежность ему.
Оставляя на ржавом металле кровавые отпечатки и используя «винторез», как упор, Андрей безуспешно пытался подняться. Перевернулся, скалясь от боли, и увидел меня.
— Дина, — прохрипел он. — Не подходи.
От шока у меня закружилась голова.
Крови не слишком много, но она была густой, темно-красной. Меня замутило. Рубашка прилипла к боку и животу, напитываясь, но я не смогла разобрать, куда ранило. Эмиль гнал его первым, вот и нарвался на пулю.
Он перекатился на бок, задержал дыхание, как перед рывком, и все-таки встал, опираясь на винтовку.
Стало тихо. Нездоровая тишина. Воздух, пропитанный кровью и запахом металла, звенел от напряжения.
Ни стрельбы, ни криков.
Я подошла к дверям и остановилась на пороге. Оглушенная долгой пальбой, с онемевшими от стресса нервными окончаниями, я оцепенела от ужасной картины.
Зал заливал зыбкий свет, разогнав темноту по углам.
Первыми в глаза бросились трупы. Удивительно, какими пугающими и нелепыми одновременно выглядят покойники.
Почти все, кто был с Ильей, погибли.
В живых после перестрелки он остался один и сейчас умирал в одиночестве, окруженный врагами. Андрей и Эмиль удавливали его на полу.
Люди Эмиля наблюдали, но не вмешивались в убийство. Хотя, если называть вещи своими именами, я бы сказала, что это казнь.
Израненные, изможденные, они душили его с необычайной яростью. Хрипели, затягивая удавку, похожую на толстый провод, оказавшийся под рукой.
Сильное и гибкое тело Андрея напряглось до последнего мускула, он терял кровь, взмок, но не отпускал, как вцепившийся бульдог. Мышцы Эмиля вздулись буграми. Он стиснул зубы, желваки подчеркнули впалые щеки и напряженную линию челюсти.
Сплетенные в страшной борьбе тела на полу, сипящие звуки и красное лицо Ильи так ударили по нервам, что я пошатнулась от волнения.
Илья шарил рукой по горлу, пытаясь зацепить и ослабить петлю. Дергался всем телом, но его прижали к полу. Эмиль надавил плечом, Андрей обхватил ногами, мужчины методично удавливали его.
— Сдохни, — Эмиль тяжело дышал, воздух со свистом проходил сквозь зубы.
Но Илья цеплялся и цеплялся за жизнь.
