В череде жестоких сделок и тёмных игр, где каждый шаг заставляет сердце забиться быстрее, хранится загадочное наследие. В мире беспринципных капиталистов и лицемерных политиканов, оно светится как последняя звезда над бездонной чернотой. Книга "Наследие 2" — это призыв к справедливости в потоке вечного эгоизма, где каждый найдёт свой приют в глубине своего сердца или гибнет в океане самодовольства....
Она сталкивалась с ними, запиналась об их конечности, хваталась руками за их покрытые кровяной коркой тела, пытаясь удержать равновесие… Под ногами что-то хрустело, отлетая от ботинок скафандра с глухим стуком, сзади прогремел взрыв, и затрещали автоматные очереди. В эфире раздался чей-то крик, переходящий в хриплое дыхание, и задыхающийся голос:
— Давай руку! Быстрее! Макс, помоги! Они вгрызлись ему в ноги! Выдергиваем!"
"— Поздно… — надрывно прохрипел в ответ кто-то. — Валите отсюда… До гранаты я дотянулся…
Спустя пару мгновений позади раздался ещё один взрыв, из темноты прямо на неё вылетело оскаленное лицо каннибала, метнувшегося прочь от световой вспышки.
— Док, стоять! — Оказалось, что она уже на улице, по другую сторону гермокорпуса. Рядом с ней густо измазанный в крови Ершов торопливо прикреплял тактический фонарь к автомату.
— Порядок, — Репей прижался к краю люкового проема и светил прожектором внутрь. — Выходит!
Через секунду из разбитого шлюза вывалился Бармалей. В одной руке он сжимал автомат, другой прижимал к пояснице прожектор так, чтобы он светил назад. Он судорожно кивнул своему командиру в знак того, что цел, и Ершов швырнул в шлюз ручную гранату.
— Уходим к президентскому корпусу! — тяжело выдохнул он в эфир.
Штурмовики бросились вперед, на бегу разбиваясь на группы и набирая дистанцию. Поток инфицированных хлынул следом уже через несколько секунд, но споткнулся о лучи фонарей прикрывающей отход группы. Каннибалы, хрипя от боли в глазах, рванулись обратно, сталкиваясь с выскакивающими из шлюза соплеменниками, и у люка возникла свалка.
