В этот морозный январский день, когда Нью-Йорк казался застывшим и неподвижным под хлынувшим ледяным дождем, каждая улица была заполнена замершими фигурами. Власть аристократки ощущалась в каждой упавшей снежинке и каждом раздавшемся шаге. Книга "Наследие аристократки" посвящает этот тихий и холодный Новый год, когда даже самые благословенные дома скрываются под гнетом обрушившейся зимы....
Не женщину же, – нервно улыбнулась Валери и поспешила все объяснить: – Очень хорошего мужчину. Мы провели это лето вместе, и нам было очень хорошо. Честно говоря, я в него влюбилась. – Теперь она сказала всю правду.
Филипп выглядел так, словно в него выстрелили. Джейн увидела это и поморщилась. Ей было жаль Валери. Похоже, сын решил, что мама должна до смерти хранить верность отцу.
– Да? И кто он? Чем занимается? Где вы познакомились? – придя в себя, засыпал он ее вопросами.
– Ты его знаешь – это Саверио Сальваторе.
Филипп смотрел на нее с изумлением, но Валери не замечала злости в его взгляде.
– Никогда не думал, что это может случиться. Не знаю почему, – сказал он. – Без сомнения, ты еще молода, и мужчина в твоей жизни – это нормально. – Валери не ожидала от него таких слов и растрогалась до слез. – Значит, ты не собираешься навсегда переезжать в Италию? – с тревогой спросил Филипп. Ему было важно знать, что мама рядом, и к ней можно приехать в любое время.
– Пока нет, – успокоила его Валери. – Моя жизнь – тут. Но мне нравится идея летать в Италию к Саверио. В общем, пока мы планируем жить на две страны сразу.
– Я настолько удивлен, что пока ничего не думаю, – честно ответил он.
Мама всегда говорила, что его отец – единственная любовь всей ее жизни, и Филипп в этом не сомневался. Валери и правда представить не могла, что способна еще раз испытать это чувство. Для нее и для Филиппа все, что случилось, было полной неожиданностью. Но в ее взгляде он видел счастье и спокойствие, и ему это нравилось.
– Я рад за тебя, мама, – сказал Филипп.
– Он правда принес мне счастье, – сказала Валери, – и ты сейчас – тоже.
