Автор
Воцерковленный город Маозари превратился в музейное пространство после неожиданного выкрика "Оркус" — сигнал о готовности к экстремальным действиям. Все жители были подготовлены, но теперь действуют уже по инструкциям: кто стреляет, кто прячется, кто сдает властям имена подозреваемых. Атмосфера напоминает нечто среднее между анекдотической бурей и ужасной реальностью....
А если приедут представители императора, и спросят у нас, чем мы тут занимаемся, скажем: ""Тренируемся!"", — пожал я плечами. — По словам графа Кранша, у герцога больше тысячи воинов, несколько магов и около сотни светителей чистоты, войско достаточно большое, но я не думаю, что он будет атаковать наш лагерь, раз не напал тогда, когда вы стояли у него под стенами. А пока он будет сидеть в городе и мандражировать, мы залатаем стены городов, и нас уже будет тяжело оттуда выкурить. Ну как, согласны с моим планом?
Поднялся громкий ор: ""Да, да! Пошел этот герцог нахер, трус несчастный! Заберем все земли себе!"".
— Подождите, подождите! — пытался я всех перекричать.
Когда шум в столовой затих, и на меня уставились недовольные лица, продолжил:
— Теперь нужно распределить земли.
— А можно мне баронство в подземелье? — перебила меня Лика, — там дальше такие большие отнорки, с очень интересной флорой и фауной. Да и за ингредиентами, не придётся далеко ходить.
— Можно, — немного подумав, согласился я.
— Ура-а, — захлопала она в ладоши, — мы там с моим Михалем создадим свое любовное гнездышко. А когда надо будет клятву приносить?
— А имя рода ты уже себе придумала, или возьмешь фамилию своего Михаля? — недовольно пробурчал я.
— Возьму фамилию любимого конечно же, — проворковала она нежным голосом.
— И какая же у него фамилия?
— Затот.
— Задрот? — переспросил я.
— Нет, Затот.
— Как по мне, фамилия Задрот ему больше подходит, а вот тебе не очень. Ну да ладно, иди сюда, Лика Затот, сейчас с тебя будем делать титулованную аристократку.
Лика принесла мне вассальную присягу по подсказкам Жоры, а потом началась гулянка. Лику все поздравляли, она сбегала за своим Михалем, которого я по приколу буравил взглядом, заставляя нервничать. Увидев это, ко мне подошла Кира.
— Кто-то мне помниться, обещал песни про любовь и медляк.
— Сейчас всё будет. О, несравненная моя! — сказал я, подмигнув ей, и полез за гитарой.
