Усевшись по удобнее, проверил звучание гитары, и глядя в глаза Кире, запел переведенную на местный язык песню: ""Нашел я тебя босую, косую, безволосую, и целый год в порядок приводил, да-да-да! А ты мне изменила, другого полюбила. Зачем же ты мне шарики крутила в голове?!"".
Допев песню, я уставился в ошарашенное лицо Киры:
— Ой, прости, пожалуйста, я песни перепутал, — сказал я невинным тоном, и похлопал ресницами, как олененок Бемби, — сейчас всё исправим."
"Я склонился над гитарой и поправив её, во всю мощь легких, запел, переведенную на местный, песню ""За тебя Калым отдам"".
Вот тут началось настоящее веселье. Переводил я слова песни только те, что имелись в местном языке, а каких не было, те произносил на русском, но смысл песен был ясен. Веселились мы всю ночь, я охрип горланя песни, все упились в зюзю, не помню, как ушёл спать. Проснулся я от запаха мощного перегара. Открыв глаза, увидел перед собой лицо спящей Киры, с пухлыми губами и приоткрытым ротиком, из уголка которого, тянулась ниточка слюны.
Посмотрев ниже, увидел два холмика обнаженной груди, прижавшийся ко мне и закинутую на меня изящную ножку. Кира была полностью голая, а я почему-то спал в одежде. Видно у неё не хватило сил, меня до конца совратить, ухмыльнулся я. Кира не просыпаясь пошамкала губами и произнесла: ""Ох, только не туда!"". Это что же ей такое сниться, подумал я, и решил добавить в её сон больше впечатлений?! Ухватил пальцами розовую горошину соска и сжал его, от чего Кира тихонько застонала.
Я поиграл её соском ещё с пол минуты, от чего дыхание Киры участилось, а после задрожали ресницы. Поняв, что она сейчас проснется, убрал руку от её груди и притворился спящим. После послышалось тихое: ""Ох, бля"", — и я почувствовал, как девушка старается тихонько выбраться с кровати. Затем услышал шорох надеваемой одежды и звук закрывающийся двери. Я улыбнулся, про себя подумав, а жизнь то налаживается!
Глава 11
Прошёл месяц, за который мы успели восстановить целостность стен в трех графских городах и пятнадцати баронских.
Сам ремонт стен был несложным, мы использовали обломки, выкладывали из них мозаику, а после, добавив немного грунта, делали стену вновь монолитной. Первыми восстановили стены в графских городах, и постоянный поток беженцев переправили в них. Удивившись большому количеству приходящих к нам людей, я спросил у Оркуса:
— Откуда так много народу? Мы же всех найденных выживших распределили по подземелью.
— Это да.
