Весть из Но-Хина: Райга сидела за низким столиком, во все глаза глядя на шкатулку из аметиста — необычайно великол epевная вещь, украшенная змеящимися пламенными языками и символами древних религий. Серебристая бусина открыла замок, открывая тайны века.
Так получилось, что у меня был единственный короткий черный волос. И его пропустили. Не заметили. А мать, когда увидела, не захотела отдавать на расправу свое любимое дитя. И она утаила это от всех. Вот только… Я становился старше, и скрывать мою силу становилось все сложнее. И она создала это, — он поднял медальон в виде цветка. — Но за создание артефакта, который спрятал мою темную магию, она заплатила своей жизнью.
В его голосе прозвучала боль. Друзья смотрели на него молча. Наконец, Райтон твердо сказал:
— В Мерцающем лесу эльфы могут творить все, что угодно и жить по своим законам.
Ллавен с сожалением покачал головой и бросил взгляд в сторону наставника.
— Ты уверен, что его это остановит? Пока что его остановило только безумство Райги. Если она… если с ней что-то случится, его не остановит ничего.
Миран поежился и сказал:
— Мудрые бессмертные эльфы убивают младенцев из-за цвета волос.
— Убивают они из-за темной магии, — поправил его Ллавен. — Как Луций Райс убил бы и тебя, если бы обнаружил в тебе хотя бы каплю силы.
— А как это все связано с твоими ночными хождениями? — спросил принц.
Тот густо покраснел, но ответил:
— Лунная болезнь — еще один признак, по которому можно вычислить темных. Поэтому, когда я случайно просыпался ночью в чужой постели, приходилось валять дурака и делать вид, что я достаю всех из вредности.
— И однажды терпение твоих сородичей иссякло?
— Нет. Однажды я нарвался на того, кто этим самым терпением не славится.
Он бросил короткий красноречивый взгляд в сторону учителя.
Миран прыснул. Райтон ткнул его в бок и прошипел:
— Заткнись. Он смотрит в нашу сторону. Давайте быстро обедать.
Они шли вперед весь день. Только после полуночи Магистр разрешил сделать привал и сказал Мирану:
— Если можешь, отправь одного из духов своих предков на разведку. И если в округе нет орков, разводите огонь.
Темный тут же вытащил из-за отворота рукава лезвие, полоснул себя по ладони и позвал:
— Дарел! Хайран!
Два сгустка призрачного огня вылетели из черного дыма, приветственно облетели вокруг его друзей и по широкой дуге умчались в лес, стараясь держаться подальше от Пламенных. Вскоре Миран опустил руку и сказал:
— Все чисто.
Ллавен вырастил себе лук и стрелы из дерева и подстрелил зайца. Из последних сил парни натаскали хвороста.
